В приемной помимо тощей секретарши находились еще несколько преподавателей. Магистры толпились у стола секретаря и что-то тихо обсуждали. В тот момент, когда вошли в приемную мы, из кабинета ректора выходил магистр Аргус. Мой преподаватель по магическим структурам пятился и непрестанно кланялся, кому-то в кабинете. Он бормотал слова благодарности, и его руки были скрещены ладонями на груди – высшая степень почтения. От зрелища стало еще хуже. Я заметно начала нервничать.
Магистры, находившиеся сейчас в приемной, были все моими преподавателями на десятом курсе. Это не просто совпадение. Ну, вот, да здравствуют новые неприятности. Вошла в кабинет следом за его хозяином.
Сказать, что я была поражена увиденным, ничего не сказать. За столом ректора на его троноподобном кресле сидел мой опекун Дар Скай и что-то писал. Выражение лица нахмуренное. Рядом с ним переминался с ноги на ногу мастер Гоб. Преотвратный гоблин – первый помощник деда, у нас с ним всегда были напряженные отношения. Он пытался шептать на ухо деду, но тот нервно отмахивался от гоблина как от назойливого насекомого. Мастер Гоб заметно нервничал, а когда увидел нас, то и вовсе вздрогнул всем телом.
Еще один посетитель стоял и рассматривал витрину с моими конкурсными работами. Субсидиум и Эль-субсидиум уже соседствовали вместе в одной ячейке. Получается, конкурс еще не начался, а я уже победительница. Гневно посмотрела на ректора, но он меня совсем не замечал. Его лицо немного покрылось пятнами, а челюсть заметно отвисла. Перевела глаза снова на посетителя и моя челюсть тоже слегка опустилась. Напротив моих работ стоял и внимательно их изучал сам император Некроса Адриан Тланторос.
Дед поднял голову и увидел нас.
— Добрый день, господин Дэловэрес, - произнес он своим низким голосом. – Благодарю, что не заставили долго ждать. Мы вот, пока провели опрос преподавательского состава. А теперь желаем побеседовать лично с вами, проходите.
Однако сам даже не подумал освободить кресло ректора. Дэловэрес подошел к столу и остановился возле стула для посетителей. Мне стало страшно. Неужели они прознали о «вампире»? Я переживала за семью Дэловэресов, ведь именно я предложила этот амулет из запретной магии. Магистр уже справился с эмоциями и спокойно ожидал вопросов. Но их не было. Главный советник императора Некроса Дар Скай начал говорить. Он вкратце рассказал, что были опрошены все мои преподаватели и все до единого дали мне, как адептке, наивысший балл по успеваемости. Обратил внимание на мою конкурсную работу этого года и сообщил, что за столь выдающийся амулет я вознаграждена тем, что меня лично он препроводит в столицу для получения заслуженного ордена почетного артефактора и финансового вознаграждения. Естественно мы оба, я и ректор, не поверили ни единому слову первого советника.
— Я отказываюсь от своего изобретения в пользу академии, - неожиданно прозвучал мой высокий напуганный голосок в наступившей тишине.
Я осознала, что что-то сказала, уже после того как затих мой голос. Я была напугана и сбита с толку. Совершенно не понятно, зачем меня срывать с занятий в конце учебного года. Осталось всего полтора месяца, и я сама бы приехала в Тланторос.
Тут на арену выступил сам император. Он неспешно прошелся до своего первого советника и величественно уселся в освободившееся ректорское кресло. Это был очень высокий и хорошо сложенный мужчина. Его изумрудные глаза как всегда ничего не выражали. Этого замороженного выражения его глаз, иногда было достаточно, чтобы разговорить несговорчивого оппонента. Он был самым сильным некромантом во всех империях и его заслуженно боялись.
— Боюсь, маленькая леди, - он сложил ладони домиком на столешнице, - не выйдет.
— Почему? – пискнула и поняла, что больше не могу ничего говорить.
— Потому что, - негромко ответил император, - твои вещи уже собраны и упакованы в карету.
Он перевел взгляд на магистра Дэловэреса.
— Магистр, как только данная адептка получит все причитающееся ей по ее заслугам, она вернется и продолжит обучение.
Он осмотрел ректора, меня, затем его безразличные глаза остановились на советнике.
— Возможно, - сказал он после молчаливого переглядывания со своим первым помощником.
Меня уже заметно потряхивало. Как!? Я не вернусь? Это его «возможно», что оно обозначает. Мне хотелось кричать и топать ногами, но мы находились в кабинете ректора. Я не могла позволить себе вести как капризная девчонка. Возникло много вопросов, но я не могла их задать. Нельзя говорить пока не позволит император, своим выкриком я и так уже заслужила наказание и от деда и от ректора.