Выбрать главу

— Она уже ушла, - раздался громкий голос Габриэля.

Створки окон с хлопком закрылись, всколыхнув волнами легкие шелковые занавеси. Молодой мужчина открыл глаза и приподнялся на кровати.

— Что случилось, дед? Дай сон досмотреть!

Он снова опустился на постель и зарылся носом в подушки.

— Смотрю, ты пришел в себя, внук. Снова со служанками развлекаешься.

Громко застонав, Скай медленно встал и как есть отправился в душ. Дед проводил внука взглядом и покачал головой как бы осуждающе, но губы его растянулись в улыбке. Габриэлю хорошо был знаком аромат, неуловимо обитающий еще в комнате. Он знал только одну девушку, от которой так пахло. Духи с холодным запахом пиона есть только у Натали Скай. Только император Некроса мог достать этот Земной цветок и под заказ изготовить единственные в своем роде духи. Естественно это было секретом, особенно для самой девушки, иначе она в жизни не стала бы пользоваться тем, до чего прикасался ее отец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пока внук принимал душ, Габриэль размышлял. Его мысли и чувства сегодня расходились. Поведение внука, его смятая постель, все говорит, что он провел ночь с женщиной. Неуловимый шлейф духов, а их запах пытались скрыть открытыми окнами, доказывал, что это была Натали. Но в реальности это невозможно!

Скай не знает, где она сейчас находится, а она не знает, где находится он. На зрение старший демон никогда не жаловался, а вот обоняние его волновало. Женщина была однозначно, но это не могла быть дочь Адриана. Это невозможно!

Тем временем из ванной комнаты с одним полотенцем на бедрах вышел Скай.

— Я хочу только одну женщину. И ты знаешь, кто мне нужен.

Он подошел к большому напольному зеркалу и провел рукой по обнаженной груди. Его пальцы долго блуждали по коже в области сердца. Казалось, он ожидал что-то там увидеть, но этого там не оказалось. Губы молодого демона скривились, а в глазах появилась досада. Он с шумом выдохнул и направился к креслу у камина. Опустившись в него, он непрестанно шептал.

— Все-таки сон, а я решил, что она правда ко мне пришла. Вот дурак, размечтался.

— Что ты там бормочешь? Не я ли учил тебя говорить четко и громко.- Габриэль подошел ближе и стал напротив кресла, где сидел внук. Он стоял с широко расставленными ногами, и опирался на трость с серебряным набалдашником. Все кто знал, что это за артефакт даже подходить боялись к его владельцу. Скай угрюмо посмотрел на своего родственника и воспитателя и зло, но четко и с расстановкой выговорил.

— Отдай ее мне! Если ты этого не сделаешь, я убью любого, кто к ней прикоснется.

— Ты спал с не́й? – задал встречный вопрос Габриэль.

— Да, - последовал ответ.

— Это невозможно! Она бы умерла, и она знает об этом.

— Тогда это был действительно лишь сон, - снова поник молодой демон, - и мне все приснилось. И она и мой обряд. Посмотри! – Он схватился за грудь. – Тут был татуан единения, еще ночью я его поставил. А сейчас его нет.

Дед потрепал внука за плечо.

— Иногда мы принимаем желаемое за действительное, Скай.

Теперь старший демон находился в полном замешательстве. Он верил внуку и нос его говорил о том, что эта девчонка была тут. А разум не мог понять, как она могла все провернуть. Нужно срочно кое-что проверить. Он резко сорвался с места и  уже на ходу бросил внуку несколько слов.

— Она выйдет замуж, в ближайшее будущее. Такова моя и ее отца воля. А после ты можешь убить ее мужа, если она тебе позволит это сделать.

Только стоило закрыться двери за спиной Габриэля, как раздался страшный грохот. Это тяжелая старинная ваза доразгромных эпох в дребезги разбилась о двери, закрывшиеся за старшим демоном. Он остановился и широко коварно улыбнулся, но его мысли неожиданно были прерваны. В кармане затрепетал личный переговорный кристалл. Стоило Габриэлю его активировать, как он округлил глаза от неожиданности. Перед ним предстала картина полного разгрома. Повсюду валялись обломки дерева и металла  вперемежку с камнем. Стоял такой плотный столб пыли, что невозможно было разглядеть площадь разрушения. Неожиданно перед взором демона возникло перепачканное и испуганное лицо крестника.