глава 41.
Встала, отдернула, то, что некогда было моей ночной сорочкой и, с гордо поднятой головой медленно пошла в сторону небольшой металлической дверцы, которую загораживал своей необъемной тушей орк. Лицо мое было опухшим. Левый глаз наполовину открыт, правый заплыл, и до него больно было дотронуться. Боль в поврежденных ребрах и сбитых коленях не позволяла идти ровно, я заметно прихрамывала, мы еще даже не дошли до первого поворота, а я уже устала, и мне пришлось придерживаться за стену. Камни стены, как и в нашей камере, тут также были влажными и скользкими. Я была во многих подземельях, и даже в самых укромных и тайных уголках. Везде было сухо, воздух иногда отдавал затхлостью, но везде сухо! Этот факт заставил меня задуматься. Я отвлеклась и не заметила препятствия под ногами. Резкий и короткий полет вниз выбил из легких воздух, я застонала. Гогот орка вызвал в душе прилив жуткой ненависти. Приподнялась на руках и попыталась призвать магию, у меня ничего не вышло. А громила тем временем бесцеремонно подхватил меня и засунул себе под мышку. От жуткого запаха его немытого тела у меня закружилась голова, все вокруг поплыло и пропало.
Холодная вода привела в чувства. Я оказалась прикованной на цепи к стене по рукам и ногам. Напротив меня стояла женщина и громко смеялась. Струи воды попадали в единственный слабо видящий глаз, а я не могла их даже стереть с лица. Вода пропитала ткань сорочки, и она плотно облепила мое тело. Стало очень холодно. В помещении находились, по крайней мере три орка, ровно столько смогла определить по голосам. Они, не выбирая выражений, обсуждали мое тело и что они бы со мной сделали, позволь им госпожа. А госпожа, судя по тому, что она стояла впереди, а орки на почтительном расстоянии сзади, взяла и позволила.
— Развлечетесь, мои мальчики, конечно же, - сказала она, слегка повернув голову назад, в сторону орков, - только товар мне больше не портить! Ясно!
Пока она не заговорила, я была уверенна, что с ней раньше не встречалась. Но ее голос мне был знаком. Только внешность странная, я такой не видела раньше ни у одной расы в мире Трампа. Возможно она также с иного мира, как и мои сокамерники.
Она была сложена как человеческая женщина, только тело, отекшее и обрюзгшее, живот и бока обвисали в несколько складок. Вытянутое прямоугольное лицо с сероватой кожей ничем не отличались от цвета волос, бровей и ресниц. Большие бесцветные глаза, навыкате, придавали ей слегка туповатое выражение. И тут я вспомнила, как кто-то из моих сокамерников говорил, что госпожа совсем цвет потеряла. Точно! Я поняла, что с этой женщиной было не так! Она совершенно блеклая, бесцветная. С большим животом и отвисшей грудью.
Одета она была так же странно и непонятно для меня. Ее тело слишком обтягивала непонятная кофта с поперечной голубой полоской, придававшей ее фигуре еще больше толщины и обрюзглости. Эта кофта доходила ей едва до середины бедер. Ноги были обтянуты в тонкие лосины черного цвета. Они также слишком облегали странную женщину и подчеркивали все недостатки фигуры. Что-то отдаленно знакомое было в ее облике, никак не могла припомнить, где я видела женщин одетых подобным образом. Уж точно у нас так не ходят, тогда где? На кристалле. Да! На кристалле памяти моей матери. В ее мире это называли туника и легинсы. Крутанула головой, чтобы надоедливые капли наконец-то стряхнулись с лица. Женщина заметила, что я пришла в себя и радостно захлопала в ладоши.
— Ну вот, весь набор уродцев в полном составе! – Она расхохоталась так, что по мне побежали мурашки. От куда же ее голос мне знаком? – Добро пожаловать домой, Наталья Кристинина. Ведь так ты по матери?
— Вы ошиблись, - прохрипела, от холода горло сдавило, а внутри запершило, - мне это имя не знакомо.
Странная женщина в уродском обтягивающем наряде, покачала головой и зацокала языком.
— Нет, нет, нет. Я не ошибаюсь, ублюдочная тварь!
Она резко размахнулась и ударила меня по щеке. Раздробленные зубы тут же отозвались жуткой болью. Закрыла глаза и приглушенно застонала. А она тем временем начала расхаживать из стороны в сторону и запрокинув голову, как магистр Аргус, начала рассказывать.
— Твое тело, должно было стать моим. Но твоя предательница мать, сбежала и спрятала тебя, а потом сдалась приспешникам императора и всех выдала.
Я ничего не понимала, у меня сложилось стойкое чувство, что это ошибка или жестокий розыгрыш. Как можно поменяться телами? Что она такое говорит? Я точно знаю, в нашем мире это не возможно! Но, после ее удара по щеке, я уже не спешила вступать в спор.