— Мне так плохо, - прошептала молодая женщина, - в горле пересохло и тошнит… сильно.
У нее тут же случился позыв к рвоте, но ничего не произошло, и Моргана с болезненным стоном опустилась на подушку. Дора погладила женщину по щеке и запустила руку под затылок.
— Приподнимись, милая, - она аккуратно приподняла голову Морганы и к губам приставила стакан из тонкого стекла, - это пройдет, скоро.
Миссис Краучетта сделала два глоточка и снова легла на подушку.
— Кошмарное состояние, - описала она свое самочувствие.
Ее дыхание стало прерывистым, мутный взгляд блуждал, не задерживаясь на чем-либо долго.
— Терпи Моргана, - сказала Дора, - так себя чувствует ведьма, которую усмирили.
Моргана издала болезненный стон и отвернулась. Дора поправила подушку и накрыла женщину вторым покрывалом.
— В тебе сейчас нет магии, и тело ломает. Если повезет, то твоя магия проснется через какое-то время.
Моргана прекрасно знала цену словам «через какое-то время». В подавляющем случае этого не происходило никогда. Ведьма лишалась магии, потому что, вынашивая ребенка, в котором проснулась его магия внутриутробно, она какое-то время была лишена своей собственной. Связь ломалась, и происходило так называемое, «усмирение». Магия не просыпалась, и ведьма становилась не способной к колдовству. С ней были накопленные знания, она могла работать лишь с теорией, практика для нее была закрыта навеки. Как ни странно, на жизненный цикл это не влияло, однако после усмирения ведьмы, как правило, жили не долго. Страшнее наказания не придумаешь, оно считалось хуже смерти. Не все переживали этап ломки, физическая боль лишала сознания. А потом осознание неполноценности, приводило к суициду. Поэтому запретили пожирателей жизненной энергии, которыми раньше успешно пользовались, чтобы рождались величайшие маги по силе. Теперь такие изделия считались запретной магией и их изготовление и использование жестоко карались. Потому что в этой ситуации победитель был только один – мать или дитя. Кто-нибудь один обязательно умирал, если не ребенок в утробе, то мать после родов, а чаще оба.
Моргана умирать не собиралась, она заранее для себя решила, что научится жить без магии. Тем более, что опыт у нее уже имелся и она прекрасно справлялась, имея под руками магические предметы. Несколько лет тренировок под названием – « прожить две недели без использования магии», сейчас приносили плоды. Тело ломало и снаружи и внутри, но паники и страха молодая женщина не испытывала. Она стала мамой тройни, свой выбор она сделала много месяцев назад, так что она теперь лежала, стиснув зубы, и просто ждала, когда станет легче и можно будет взять на руки своих крошек. Дора дала ей сильное снотворное, и молодая мамочка снова погрузилась в сон. Боль легче пережить, когда ее не чувствуешь.
*****
Десять дней провела Моргана в постели, эти дни она практически не помнила. Страшные сны и физическая боль по всему телу сводили с ума. Однажды она не выдержала и подумала, что это конец. Она попросила бабушку никогда не бросать ее девочек и заботиться о них.
Дора назвала внучку дурашкой и указала ей на кулон лунного камня:
« Пока он на тебе, я всегда тебя спасу. Ты под магической защитой светлой целительницы и твою ауру никто не сможет просмотреть, пока этого не захочешь ты сама. Ты, умирать собралась? - Упрекнула Дора Моргану, - а ты подумала, кого родила? Видящий в империи демонов рано или поздно увидит рождение неучтенного демоненка. А эти, с самой низкой рождаемостью, весь мир перевернут в поисках своего семени».
Подействовало отрезвляюще. Моргана озадачилась и прониклась ситуацией на столько, что уже на следующий день сидела на постели и через силу проталкивала в себя завтрак. Желудок категорически отказывался принимать пищу, но девушка, кривясь, все равно мужественно закинула в него пять ложек каши. Жидкая, почти как водичка, кашка разлилась по желудку раскаленной лавой, нестерпимо запекло, Моргана согнулась и закричала от боли. Пока Дора перепуганная и всклокоченная вбежала в комнату из соседней, где пеленала близняшек, все стихло.
— Девочка моя! – Закричала Дора. Она бросилась к согнутой пополам Моргане и схватила ту за плечи. – Как ты?