Демон единым движением смел с пути всех Дэловэресов в сторону и оба мужчины вошли к Корделии. Мать рыдала. Дверь оказалась заблокирована заклинанием, и никто не смог пробиться внутрь. Демон и император вышли быстро и молча покинули дом магистра.
Эдвин не мог себя заставить войти к жене, пока не услышал ее зов. Корделия сидела на кровати живая и невредимая, очень испуганная, но живая! Высшие, оказывается, просто оглядели ее браслет, молча сняли оттиск на кристалл и вышли.
Отец тогда сказал тихо и сокрушенно: «Прости меня девочка», - и впервые Эдвин видел, как плачет его отец. Корделия обтерла опухшее от слез лицо и тоже сказала очень тихо.
— Вы понимаете, что произошло? – плечи магистра Дэловэреса задергались больше, - нашей Натали больше нет.
Тогда вечером Эдвин не мог удержать Ская от гнева. Демон крушил все, что попадалось ему на пути. Ему пришлось сказать тогда еще не другу, но уже близкому по общей беде существу о своих предположениях насчет Натали. Только лучшему другу змею удалось немного успокоить гнев демона. Эдвин позвал друзей к себе по просьбе отца в дом. Там магистр честно рассказал о том, что они вместе с адепткой Скай сделали для Корделии, и всем стало ясно, что она пропала не просто так. Раз в дом Дэловэресов пожаловал сам император Некроса, значит, ее следы стоило искать в столице. Эдвин отправился вместе с демоном и змеем тогда на поиски пропавшей девушки. Так они стали близкими и верными друзьями.
Натали так и не нашли. Ская силой увезли в родную империю и поиски Натали прекратились. Эдвин вернулся домой как раз в тот момент, когда начались роды. Стоило ребенку сделать свой первый вздох и закричать, тут же открылся портал и вошли снова император и демон. Эдвин уже знал к тому времени, что это родной дед Ская. Демон надел на запястьях новорожденного Натана блокирующие магию браслеты, те впитались в кожу и остались ярким рисунком. Император и демон покинули дом тут же, не говоря никому, ни слова. Остался придворный маг из Бездны и долго инструктировал магистра Дэловэреса насчет браслетов и дальнейшего развития ребенка. Почему они так поступили, так никто и не узнал. Корделия предположила, что они исполнили последнее желание Натали перед казнью. Однако Эдвин не был столь наивен. Какой император лично будет исполнять желания обреченных на казнь?
*****
Несмотря на то, что стояла зима из-под копыт мчавшейся во весь опор лошади поднималась пыль. Всадник в черном плаще, отороченном мехом, приподнялся в стременах и неустанно подгонял короткой плеткой свою лошадь. Изо рта скакуна пеной капала слюна, он хрипел, но послушно мчался вперед. Всадник торопился к очередному солевому обозу. Несколько телег доверху груженые мешками соли медленно со скрипом катили по промерзшей дороге.
Всадник догнал обоз и грозно приказал остановиться. Ему навстречу вышел крупный круглолицый мужчина. Его лицо было украшено длинными усами, свисающими по обе стороны до самой груди.
— Чего, хлопец, случилось? – начал обозник, - чего за муха тебя укусила?
Всадник соскочил с лошади и вплотную подошел к старику. Он выставил перед самым его носом бледно-розовый кристалл и тут же активировал. В дымчатом изображении поочередно появились два лица – женское и мужское.
— Ведьма, - начал всадник без приветствия и коротко описал внешность.
То же самое он проделал в отношении мужского изображения. В конце спросил, не подвозит ли какого чужака.
— Перевожу только своих архаровцев, - ответил спокойно мужчина и поправил свои темно-синие шаровары. – Фома! Фока! Покажись господину!
Из самой крайней телеги из-под вороха сена тут же вылезли два молодых парня. Им было примерно лет по двадцать. Волосы их были острижены кружком, а носы были широкими и курносыми. Парни неуверенно улыбнулись и стали почесывать себя по затылку.
— Внучатые племянники, - начал мужчина, довольно поглаживая себя по выпуклому животу. – Эти парубки моя гордость и отрада. Везу обучать торговому ремеслу.