— Я нажарила на всех, госпожа ведьма, - крикнула в след Матильда, - и оставила в кухонной палатке под скатеркой на вашем столе.
Моргана, не поворачиваясь, махнула рукой, что услышала и пошла дальше. Матильда оказалась крайне обидчивой гномой. Она сильно нервничала, когда ее еду проверяли. Но Моргана тоже иначе не могла. Если живешь в мире Трампа, будь всегда готов ко всему.
На входе в жилую палатку ведьм, куда определили Моргану, подперев ногой столб, стоял хмурый Пень. Он с ожесточением грыз травинку, а когда Моргана приблизилась, то звучно выплюнул ее.
— Видела? Объявилась! И чего ей в Акре не сидится?
— Пень, а мне кажется, что ты просто ревнуешь.
Моргана вошла в палатку, у нее было мало времени. До обхода больных ей необходимо было принять душ и позавтракать нормальной едой, а не тем, что приносит им Катрина.
— Не правильная она какая-то, эта Матильда.
— Гнома, как гнома, - сказала Моргана и начала расстегивать пуговицы на рубахе.
Пень увидел это и отвернулся.
— Видела, она нам сырников приволокла целое блюдо?
— Видела, - сказала Моргана и сняла штаны.
— Правильная гнома не шастает по стране. Ты видела кроме нее еще женщин из Гномьих общин?
Моргана уже полностью стояла обнаженной и внимательно смотрела на спину Пня. А он задал правильный вопрос. Действительно она кроме Матильды больше никого не встречала. Гномочки оседлые существа и должно что-то невероятное произойти, что могло бы заставить гному, сдвинутся с места. И это могла быть война. Моргана улыбнулась, одними губами сказала сидевшим на постелях ведьмам: «Ревнует». И пошла в душ. Уже от туда она крикнула Пню.
— В сырниках небольшая доза приворота. Совсем чуть-чуть, скорее чтобы сырники понравились, а не тот, кто их пожарил. Если хочешь, выброси.
Пень только этого и ждал. Он довольно крякнул и качающейся походкой вышел. Ведьмочки, сидевшие на кроватях, захихикали. Как ни странно, но Матильда и им не нравилась.
— Неважный из вас капитан, виконтесса! – Выговаривал Моргане эльф, расхаживая по командирской палатке, сцепив руки за спиной.
Прошло три дня, прежде чем ее вызвали к командиру лагеря. Эльф выражал своим лицом смесь горделивого раздражения и странного интереса. Раздражения в том, что на задание Моргана обязана была идти одна, разведка не предполагала особой опасности. А она пошла со всем отрядом. Ну и что, что опасность оказалась в наивысшем разряде, приказа она ослушалась. За что и получала выговор. Моргана к ним привыкла и просто молча стояла, ждала, когда ему самому надоест.
А странный интерес эльф проявлял непосредственно к ней. Он грозно смотрел и даже прикрикивал, а сам все старался стоять поближе. То спереди нависнет, а то и с боку замрет на мгновенье и всматривается. Она не выдержала.
— Вы что-то ищите у меня на лице?
— Не фантазируете милочка, - совершенно ровно ответил командир лагеря.
Моргана закатила глазки к потолку и глубоко вздохнула, значит, это так быстро не закончится.
— Основы командования заключаются на строгом подчинении приказам. А вы, капитан Краучетта, семейственность мне устроили! Тут нет места чувствам, только долг!
— Кому? – Моргана сжала губы и часто задышала.
— Вам! Капитан, вам!
Эльф резко развернулся на одних каблуках и снова странно посмотрел на Моргану. Складывалось впечатление, он что-то искал в чертах капитана.
— Вы, виконтесса, должны быть командиром вашему отряду боевых гномов. В вашем подчинении грозное оружие империи. А вы, как мамочка, сопельки им вытираете. Да, - наклонился эльф еще ниже к Моргане, - мне донесли, что вы часто вместе время проводите. Капитан не должен опускаться до уровня своих подчиненных.
— Это все?! Можно мне идти… Хочу со своей стороны выразить благодарность целительнице Катрине.
— Нет, капитан, не можете. Ваш отчет, капитан. С вами кое-кто желает переговорить.