- Так они одурачили комиссию, и им разрешили построить установку, искажающую пространство? А что-нибудь в записях говорится о том, что не все чиновники одобрили эту идею с первого раза?
- Это самое интересное, – продолжил Сэм. – Каким-то образом в Сити Холл узнали об истинных намерениях коллекционера, и все его изобретения попали под запрет. Ему запретили заниматься изобретательством, поэтому дальнейшие свои эксперименты он проводил тайно и ни с кем не делился их результатами, так же как и никому не говорил о своих разработках.
С ума сойти! Можно только догадываться, каких высот достигла бы наука, если бы мэрия не запретила коллекционеру заниматься своим делом, а результаты его исследований не остались бы в тайне. И тут до меня дошло…
- Сэм, так получается, что в тетради, которую мы нашли в его доме, есть информация и о том, как построить машину времени? Это же может изменить мир. То, что мы их нашли, –просто великолепно, – радостно заговорил я, уже представляя, какой большой скачок сделает наука, как только эти записи будут обнародованы.
- Конечно великолепно, - подхватил Сэм, - ведь если бы мы их не нашли – их бы нашёл кто-нибудь другой. И тогда они могли бы оказаться рассекреченными.
- Но… но… - я даже не знал, что мне стоит на это сказать. Детектив просто не осознавал всю их важность для науки.
- Пойми, парень. Мы не имеем права нарушить закон этого города. Вся информация, которая содержится в записях коллекционера, находится под запретом. И ты абсолютно прав: если она станет доступна широкому кругу - это может изменить мир. Но никто не знает, в какую сторону.
Я молчал, стараясь свыкнуться той мыслью, что существуют такие изобретения, которые должны оставаться втайне. Что я сам держал в собственных руках возможно инструкцию по созданию машины времени и варп-двигателя, но теперь она будет надёжно спрятана от людей.
- Там не только о перемещении во времени и искажении пространства, – перебил мои мысли детектив. – Телепортация, управление погодой, чтение мыслей – человечество ещё не готово получить все эти сведения.
Неужели всё это серьёзно? Но откуда коллекционер мог обо всём этом знать, ведь это невозможно. …если только он до этого уже не пользовался машиной времени. И тут я стал понимать, что могло стать причиной аномалии Hidden City.
- Ты прав, - согласился я, - человечеству повезло, что коллекционер не смог построил свою машину времени (ещё раз).
- Я этого не сказал. Видишь ли, парень, - протянул Сэм, - на последних страницах его тетради говорится о том, что он всё же создал свою установку, правда спрятал её так, чтобы никто не смог найти. Но она где-то в городе, где-то рядом с нами. В последней строчке коллекционер говорит, что собирается запустить и опробовать её. После этого он перестал вести записи, оставив чистые страницы.
Сказав это, детектив многозначительно замолчал. Можно было только предполагать, что случилось потом, но предполагать с большой долей уверенности.
Ветер не просто усиливался, а начинал продувать одежду. Внезапный порыв едва не сорвал с детектива шляпу, но он успел вовремя придержать её рукой. Судя по всему, дело идёт не просто к грозе, а к шторму. Но мы не спешили никуда уходить и прятаться от надвигающейся непогоды. Сэм стоял и оглядывался по сторонам. И я, кажется, понял, что он высматривает.
- Сэм, расскажи мне про этот дом, – попросил я.
- Дом с красными окнами? Ты его видишь?
- Нет, только слышал про него.
- Он должен скоро появиться. Всегда появляется, когда начинается гроза. Но каждый раз в разных местах. Ненадолго. Потом исчезает. Его будет видно где-то вдалеке, к нему невозможно приблизиться. Но лучше не пытаться этого делать. Можно остаться в нём навсегда, если не успеть выйти наружу до его исчезновения. По легенде, там живёт повелитель теней. Тот, кому подчиняются тени вроде тех, которые пытались схватить тебя возле фонтана. Но кто-то думает, что это лишь иллюзия, что на самом деле этого дома нет. Вот всё, что известно об этом доме.
- Что ты думаешь? – спросил я Сэма. Он задумался, прежде чем ответить, но потом сказал:
- Для меня это сложный вопрос. Я пытаюсь это выяснить.
- Думаешь, она там?
- Что?
Ветер уносил слова, и мы с трудом слышали друг друга, хотя стояли совсем рядом.