От огромного состояния Александра Дмитриевича ничего не досталось той ветви рода Ланских, к которой принадлежал Петр Петрович. Он и шесть его братьев и сестер были воспитаны рано овдовевшей матерью. Петра Ланского определили в Пажеский корпус, из которого в 1818 году он был выпущен корнетом в лейб-гвардии Кавалергардский полк. Тогда в петербургском обществе он мог встречаться с Пушкиным, годом ранее окончившим Лицей. А 23 апреля 1834 года штаб-ротмистра Ланского пожаловали в флигель-адъютанты; в том же году титулярный советник Пушкин стал камер-юнкером.
Первый и второй мужья Натальи Николаевны не могли не встречаться в свете. Но Александра Петровна Ланская, в замужестве Арапова, старшая дочь Натальи Николаевны от второго брака, в своих воспоминаниях произвольно примешала имя отца к дуэльной истории Пушкина с Дантесом, с которым Ланской был однополчанином. По ее рассказу, во время свидания Дантеса с Натальей Николаевной, подстроенного Идалией Полетикой в служебной квартире ее мужа в Кавалергардских казармах, Ланской караулил на улице, готовый в случае опасности предупредить Дантеса. Как уверяла Арапова, Ланской был «самым верным, искренно влюбленным и беззаветно преданным» поклонником Идалии Полетики, и именно ему та поручила «под видом прогулки около здания зорко следить за всякой подозрительной личностью, могущей появиться близ ее подъезда». При этом она настойчиво повторяла, что ее мать в ту пору не была знакома с Ланским. Со временем оказалось, что весь этот рассказ выдуман от начала до конца. Выяснилось, что ротмистр Ланской с 19 октября 1836 года по 19 февраля 1837-го находился далеко от Петербурга, будучи командирован в Черниговскую и Могилевскую губернии «для наблюдения при наборе рекрут». Так что вся дуэльная история Пушкина и Дантеса прошла мимо него.
Вторая свадьба
Наталья Николаевна, как и Пушкин, не могла не быть знакомой с Ланским: они встречались в свете, в том числе на придворных балах, на которых тот непременно присутствовал не только как ротмистр Кавалергардского полка, шефом которого была сама императрица Александра Федоровна, но и на правах флигель-адъютанта Николая I. Однако тогда их внимание не было обращено друг на друга. Вполне возможно, что Пушкин и Наталья Николаевна могли встречаться с П. П. Ланским и на вечерах у князя Одоевского в доме Ланских.
С 10 октября 1843 года генерал-майор Ланской, числившийся по-прежнему в Кавалергардском полку, состоял в свите Его Величества.
Если верить Александре Петровне Араповой, ее мать познакомилась с Ланским в начале зимы 1844 года. Петр Петрович только что перенес сильное душевное потрясение вследствие измены горячо любимой женщины. Только преданный уход младшей сестры помог ему пережить любовную трагедию. Женщину, в которую был влюблен Ланской, его дочь не называет; но поскольку она говорит, что именно той он «посвятил лучшие годы молодости», то при сопоставлении со сказанным Араповой в другом месте о поклонении Ланского Идалии Полетике очевидно, что и в данном случае речь идет о ней. Их роман ни для кого в свете не был секретом. Наталья Николаевна не только была кузиной Идалии Полетики, но и дружила тогда с ней и, следовательно, не знать о ее романе не могла.
Врачи прописали Ланскому лечение на водах. Взяв длительный отпуск, он отправился на всю осень в Баден-Баден. Этот курорт рекомендовался прежде всего для поправки нервов. Здесь он познакомился с Иваном Николаевичем Гончаровым и его женой Марией Ивановной, также проходившими курс лечения. Когда он возвращался в Петербург, Гончаров попросил его передать посылку и письмо Наталье Николаевне.
Визитом Ланского к Наталье Николаевне для исполнения поручения их отношения не ограничились. Он получил приглашение бывать у нее. Посещения Петра Петровича участились. Он понял в конце концов, что только Наталья Николаевна может составить его счастье. После долголетней мучительной страсти, которую он испытывал к Идалии Полетике, он нашел себе тихую гавань. Чувство, возникшее у него к Наталье Николаевне, было лишено тех переживаний, которые он испытывал прежде, но стало для него спасением. Идалия Полетика, в свою очередь влюбленная в Дантеса, как бы вновь появилась на горизонте Натальи Николаевны.
Теперь Полетику и предмет ее страсти разделяло огромное расстояние, и только письма, которые она адресовала Екатерине Николаевне, связывали их. Они были полны жгучих воспоминаний, двусмысленных обращений через жену-адресата к ее мужу. Ланской с его преданностью не мог заменить Полетике уехавшего Дантеса. Ей предстояло прожить большую жизнь: она пережила своего мужа Александра Михайловича на 36 лет и скончалась в 1890 году на девятом десятке, пронеся через все эти годы ненависть к Пушкину, но не найдя в своей душе места для влюбленного в нее Ланского.