Алексей кивнул, и они направились в сторону городского парка. Но с чего начать столь серьезный разговор?… Доктор вспомнил рассказ молодой ассистентки и, не называя имен, начал делиться с Наташей той беседой, сопровождая речь своими комментариями и выводами. Потом он рассказал о своей неудавшейся семейной жизни, поведал об ошибке, сделанной в начале пути, о том, что они с женой, два в общем-то неплохих, но совершенно разных человека, так и не смогли за годы совместной жизни стать родными друг другу. Наташа внимательно слушала, то соглашаясь, то в чем-то возражая своему спутнику. Алексею казалось, что она его понимает и сопереживает ему, и он пытался подготовить ее к объяснению, которое неотвратимо должно было состояться. Ветер по-прежнему неистовствовал, вырываясь из каменного капкана многоэтажных домов, высоко поднимая клубы пыли и срывая с деревьев их последний разноцветный наряд.
Наконец, решившись, Алексей остановился у старого толстого клена и, повернувшись к девушке, положил ей руки на плечи:
— Наташа! То, что я сейчас скажу, имеет для нас громадное значение. Я не требую от тебя немедленного ответа… Ты должна подумать и все взвесить, чтобы потом не мучиться раскаянием. Я тебя люблю, и ты это знаешь, и поэтому… прошу, выходи за меня замуж!
Девушка вскинула на него глаза, в которых он увидел интерес, пожалуй, даже радость и удовлетворение от того, что она услышала. Вероятно, она ждала этих слов и была польщена, услышав их, как и любая другая женщина на ее месте, но… явно не была готова на них ответить.
Алексей взял холодные руки девушки в свои пылающие ладони, и только сейчас понял, насколько он заморозил ее.
Он снял пальто и, не слушая возражений Наташи, заботливо укутал ее.
— Ты пойми, — проникновенно говорил он, — я сделаю все, чтобы ты была счастливой. Со мной тебе будет хорошо.
— Спасибо вам, Алексей Петрович, — наконец проговорила девушка после продолжительной паузы, — но… я связана с другим человеком, с которым мы должны пожениться… Боюсь, что я не смогу вас полюбить — а ведь вы этого хотите.
Наступила мучительная для обоих пауза. Теперь Наташа хотела уйти домой, а Алексею не хотелось ее отпускать, ему казалось, что еще не все он ей сказал, что упустил что-то очень важное.
Но, все же почувствовав, что он только усугубляет положение, произнес:
— Пойдем, я провожу тебя…
Они двинулись по аллее в сторону университета.
— Наташа, — продолжал доктор, — я прошу тебя, ты не спеши с выбором. Разве ты его любишь?! Подумай, куда ты торопишься?!
Девушка быстро взглянула на своего кавалера и опустила глаза:
— Вы правы, Алексей Петрович. Наверное, я не люблю Андрея, но я решила соединить с ним свою судьбу.
— Но почему?! — чуть не вскричал Алексей.
— Он верный, надежный, смелый… Он сможет обеспечить нашу жизнь. А любовь… это ведь так, забава. И если я выйду замуж — знайте, это будет не по любви.
Алексей был поражен. Он остановился и с сожалением посмотрел на девушку.
— Наташа, что ты говоришь! Ты же разумный человек! Что ты с собой делаешь?! Даже если я не занимаю в твоей душе достойное место… пусть так! Но себя ты за что наказываешь? Ведь ты окажешься в таком же кошмаре, как и я!… Как хочешь, но я этого не допущу! — с угрозой закончил он.
Этот порыв удивил девушку. Она была возмущена и одновременно польщена его словами. С таким сильным чувством ей еще не приходилось встречаться.
— Хорошо, — наконец произнесла она, — я не буду спешить, но и вам обещать ничего не могу… С Андреем мы давние друзья, и обижать его у меня нет причин. Только прошу вас, не трогайте его — вы ничего не добьетесь, только наживете неприятности.
— Это меня не пугает… — вспомнив разговор со «спортсменом», произнес доктор.
Опять повисла пауза. Говорить было уже не о чем, и оба это понимали. Они вышли на освещенный тротуар. Наташа протянула руку.
— Мне здесь недалеко, не провожайте, дойду сама… До встречи.
— До свидания, Наташа. Помни, я люблю тебя всегда.
Алексей долго смотрел вслед удаляющейся девушке… Она не поняла и не приняла его любовь. Почему? Может быть, он в чем-то виноват? Он снова и снова корил себя за то, что не смог достучаться до ее сердца, не нашел нужных слов, чтобы пробудить ее душу…
Доктор долго бесцельно бродил по улицам города. Безысходное чувство невосполнимой потери охватило его вновь. И хотя он предвидел подобный поворот событий, на душе было невыносимо тяжело. Он не тешил себя мыслью, что не получил прямого отказа. Ситуация была ясна — его надежды рухнули.