У Баси тоже стиль охоты особый. Она делает вид, что мышь ее не интересует вовсе, пока та обреченно сидит перед носом. И только когда зверюшка поверит в чудо и попробует идти на подгибающихся лапах, Бася осторожненько обходит вокруг и спрашивает нечто интеллигентно-вежливое, вроде «Как дела?».
…Битый час нежные девы Бася и Тиша вдвоем изысканно развлекались, смаковали удовольствие, подбадривали мышу приветственными репликами. Мышь взлетала в воздух, кувыркалась, делала сальто. Мыши-акробаты наступают.
Смотрела я на это дело и понимала: таки час мышиного самоубийства близок. Во-первых, птичку, то есть мышку жалко. А во-вторых, всегда есть вероятность, что я найду потом бренные останки этой мышки у себя на подушке или в тапке. А неупокоенный дух ее будет являться мне в страшных снах. И я уже приготовилась таки поймать мышку сама – благо та едва ходила – и отнести куда-нибудь подальше в чужой огород, или вовсе на улицу перед соседским двором (а соседи сами виноваты, нечего было наш тутовник обгладывать!).
Но тут случилось непредвиденное. В дом зашла кошка Шнур, простая, как тапок, мгновенно оценила ситуацию, скореньким шагом подошла и в секунду поглотила мышу, не разжевывая, как удав, прямо на глазах изумленных охотников.
В большой семье-то, известное дело, хлеборезкой не щелкают. Каждый знает. Поймала мышу – или ешь, или дай укусить товарищу. А то ишь!
Мыша ушла в лучший мир. Бася говорит, ну ладно, это все хорошо, а что на ужин? Тиша говорит, ой, эта мышка была такая славная, она ведь к нам еще придет играть? Заглядывает в глаза доверчиво. Шнур сыто икает. Идиллия.
Комментарии за кадром
ТИША: А на меня ругаешься, когда я Басину нямку успеваю первая на лету заглотить! Несправедливо! И вообще, давай опять жить где-нибудь, где есть мыши?
Птичка соечка и прочие зверства
Пока я жила в станице у мамы, Люся с Димой тоже укатили к родне – в Горячий Ключ.
Вот раньше, значит, у Люси и Димы был только Джоуль-собачка-песик. Он, собственно, и есть, и да пребудет. Джоуль – он такс, и этим все сказано. Он мыслит исключительно спинным мозгом, что, в общем, можно понять, спина-то длинная, а в башке вон сколько зубов еще должно помещаться. Зато Джоуль освоил нуль-транспортировку и создание собственных пространственных копий, он способен одновременно сидеть у гостя и хозяйки на ручках, грызть кого-нибудь за ногу, охотиться за мячиком, лаять в окно, закапывать кость и закусывать кашей.
Когда у Люси начало двоиться в глазах от всех этих Джоулей вокруг, она придумала гениальное: надо ж завести еще собачку! Пусть они друг друга достают, ну. Макиавеллиев план!
На ловца и зверь бежит, как известно. В буквальном смысле, в данном случае. Сначала появилась Берта на передержку. Стоило Берте найти дом, как Люсе с Димой тотчас родственники отгрузили на время пожилую собачку Тяпу. Чтоб, значит, свято место не пустовало.
Тяпе Джоуль тоже, конечно, обрадовался, но не так, как Берте: во-первых, она не была столь длиннонога (а какой тогда интерес?), а во-вторых, Тяпа сразу расставила приоритеты, потому что с вопросами размножения лично она, Тяпа, давно завязала.
А потом Люся и Дима, выгуливая собак, однажды повстречали Гавроша. То есть он тогда еще не был Гаврошем, а был просто очень несчастным заблудившимся песиком, который замерзал на ветру в 30-градусный мороз.
Гаврош, он тоже почти такс. Ну то есть, когда он один – совершеннейший такс, а когда рядом Джоуль со своим породным экстерьером, Гаврош – так, таксоватая собачка. Метис, в общем, но где-то рядом точно такса пробегала. Хотя, может, и мимо. Люся и Дима долго искали хозяев Гавроша – кидали кличи, вешали объявления, но хозяева так и не появились. И очень несчастный таксоватый песик стал Гаврошем, новым членом честного семейства. И в семействе теперь таксопарк.
Но у Люси же меньше трех зверей за раз не бывает. Это не считая попугаев, конечно, потому что чего их считать, воробьев разноцветных, и так все знают, что их два человека.
В общем, когда Тяпу забрали, Люся снова заскучала, закручинилась, снова в сладких снах ей виделись нежные котики и там еще как сахарные поссумы личинкой чавкают, милые, милые!
Потом случился Горячий Ключ. Попугаев отдали на время отъезда люсиным родителям, а песиков с собой забрали – к диминым. Димина мама так детям с собачками обрадовалась, что укатила, счастливая, на моря. Решила, что они, в конце концов, тут сделают? Ну максимум – дом сожгут. Наивная женщина.