-Вы замерзли. -теплые руки накинули мне на плечи плащ из органзы. -позвольте проводить вас до дома, миледи?
Я шла, еле переставляя ноги. Глаза еще застилали слезы, но кивнула, а после с благодарностью поблагодарила словами невольного помощника.
-…И как только свернем в центр через Душегубов, там нужно повернуть по ступенькам направо. И еще раз, спасибо, вам…
Мужской голос едва слышно успокаивал всю в чувствах эльфийку. Вырванные невольные обещания провести меня в целости и сохранности домой, мужчина воспринял спокойно. Только чуть убыстрил шаг, как только мы вошли в город, и тут нечто заставила меня удивиться отсутствию вездесущих сторожей.
-Странно, - прошептала, протерев глаза, и немного успокоившись, -а куда делись стражники города?
-Наверное у них смена закончилась, но новые сейчас подойдут. -поправив на моей голове капюшон, подтолкнул слегка спутник эльфийку вперед. -давайте поторопимся, миледи. Мне тоже нужно торопиться, дела, понимаете-ли.
-Да, да, - откликнулась на просьбу и тоже ускорила шаг, старательно не отставая от попутчика. -вы безусловно правы.
Мы прошли половину города и вошли в переход к закоулку Душегубов, когда я повернулась на подъемчике поблагодарить невольного попутчика и уткнулась лицом в его широкую грудь, перетянутую голубой перевязью.
-Простите. -прошептала, смахивая непрошенные слезы, - я нечаянно наступила вам на ногу.
-Да, -еще более печально произнес едва слышно мужчина, - ты отдавила мне не только ногу, Ли, но и оттоптала всю жизнь.
Сил чтобы поднять голову и посмотреть собеседнику в глаза не осталось, потому что я вспомнила этот мужской аромат.
«Море несло невесомо на волнах, то поднимая вверх, то бросая вниз. А грохочущий звук прибоя гулко несся в пространстве над головой, улетая в неведомую даль. С закрытыми глазами я наслаждалась нирваной, пока случайно не шевельнула рукой. Вокруг было сухо, не как в воде, а снизу, подо мной, раздался странный чмокающий звук. Так делают живые, когда им сниться что-то очень вкусное.
Несколько ударов сердца размышляла о причине странных звуков. А потом в ужасе замерла на секунду, внутренне сжавшись, и снова отпустила события, принялась вновь колыхаться на несуществующих волнах.
«Несуществующих волнах?» -сознание лениво шелохнулось и спросило полушепотом издалека разум. Пройти в себя оказалось сложно. Все пространство плыло и улетало в даль, забавно вертелось и кружилось, и это я еще не приоткрыла ресницы.
Глаза плохо открывались, но удалось все же приподнять веки и взгляд тут же уперся в черные кудрявые мужские волосы на груди. Огромное тело лежало подо мной и продолжало прихрапывать, медленно вздымаясь вверх и опадая вниз, мощно качая мехи легких. Мои руки безвольно лежали по бокам спящего, слегка приобнимая.
-Нет. - произнесла едва слышно, и попробовала сползти с телес мужчины. Огромная рука с движением собственника, прижала эльфийку за попку к огромным бедрам и не дала двинуться. Извернувшись, осторожно отодвинула ладонь с вершин попки, сбросила грубую кисть на постель. Полумрак не давал рассмотреть происходящее подробно, но рассеянный свет от плохо прикрытого полога палатки выхватил несколько седельных сумок, мешки непонятного назначения, горку одежды, сброшенной у изголовья на ткань пола и пару палок, закрепленных веревками на плотной ткани палатки. Синий в сочетании с голубым обшитый по краю золоченной нитью, он привлекал к себе красивой вышивкой, но рассматривать было не когда. Мужчина снизу слегка шевельнулся, мягко и томно простонал, причмокал губами и снова захрапел. Длинная грива черных как смоль волос лежала сбоку огромной волной. Я приподнялась и всмотрелась в его лицо. Выкованное и обрубленное будто топором, оно не было лишено привлекательности, но все равно отталкивало своей грубостью.
«Вариан Ринн»-промелькнуло воспоминание добрых синих глаз, смотревших на сидевших напротив у костра, улыбающуюся меня, а затем он мне подмигнул… и тут же пропало в темноте памяти.
-Это я «удачно» зашла. -прошептала в ужасе, всматриваясь в окружающую обстановку. И принялась ловко выскальзывать из объятий любовника. Вытаскивая из себя его огромное мужское достоинство, поморщилась от боли. Все же предмет был не маленьким. Стали понятны темные пятна на моем белесом теле пониже поясницы. Взгляд по сторонам выхватил кусочек тряпки, валяющейся в стороне, смятой и отодвинутой к стене. Тонкий и нежный волан из белого кружева ясно показывал, кто его владелица. И отползая в его сторону, я поморщилась от боли, накатившей на голову. Будто кто -то сжал клещами виски и не отпускал. А еще эта непонятная сухость во рту, будто и не пила всю свою жизнь. Сухость прошлась легким перышком по горлу, вызвала легкий кашель, и я в ужасе, что разбужу спящего, закрыла себе рот ладошками, сдерживая спазмы.