А потом Тельзес пошевелился.
На самом деле то, что увидела Нокс, не походило на обычное пробуждение. Преображенный задрожал и начал дергаться, с трудом отрываясь от колонны. Сначала он вырвал из нее руки, при этом сорвав куски кожи. Клейкая кровь капала на пол, и Кейт беззвучно открыл рот. Он тоже кричит, поняла Маделла. И его крик тоже не имеет значения.
— Единство, — прохрипел старик. — Единство.
— Прибыла посланница Единства, — повторил без нужды Аро, но Тельзес уже окончательно отцепился. Он сделал один, а затем второй тяжелый шаг и наконец остановился, слегка покачиваясь, как старая водоросль.
— Открытие. Ничтожество комы, — сказал он. — Бесполезность. Языковое преобразование. Commissarium. Прелекция.
— Конечно, — согласился Аро. — Электи приветствует тебя, — пояснил он, поворачиваясь к Маделле. — Он также объясняет, что был воскрешен специально для твоего прибытия. Его воскрешение — акт доброй воли со стороны Консенсуса. Он отметил, что ранее не существовал из-за выполнения предыдущих обязанностей, которыми было официальное обращение Консенсуса к человечеству. Он также упомянул, что со временем вспомнит языковые структуры и, возможно, сможет общаться с тобой без моего участия. В конце он напомнил мне о тревожном вопросе Поверенного и попросил меня провести короткую лекцию.
— На тему Поверенного?
— Консенсус обеспокоен исчезновением Жатвы из Выжженной Галактики, — объяснил Аро. — Это не было предусмотрено в планах, так же как и появление того, кто назвал себя Commissarium, то есть Поверенный, который, похоже, сейчас возглавляет секту. Консенсус подозревает, что он обладает далеко идущей способностью экстраполяции событий.
— Такой же способностью обладает и Единство, — заметила Маделла. Машина затрещала.
— Да, — согласилась она. — Это часть ее трансгрессии. Однако Консенсус напоминает, что трансгрессия Единства была заложена в программной структуре, написанной людьми, и поэтому как таковая имеет определенные ограничения. Электи также уверен, что этот Поверенный может, хотя и не обязательно, помешать планам достижения Консенсуса, который предотвратит любой будущий конфликт в Галактике.
— Знание, — прохрипел старик. — Поверенный.
— Что Единство знает об этом Поверенном? — перевел Аро.
— Единство знает, что Жатва всегда обладала некоторыми экстраполяционными способностями, — признала Нокс. — В конце концов, она создала Прогнозистов. Существует ненулевая вероятность того, что один из них поднялся на более высокий уровень эволюции или его способности выросли настолько, что Жатва провозгласила его чем-то вроде «высшего» Поверенного.
— Высшего? — не поняла Машина.
— Каждый член Жатвы называет себя Представителем Жатвы, если он как личность вступает в дипломатические отношения с остальным человечеством, — объяснила Маделла. — Поверенный, вероятно, одна из высших должностей внутри самой Жатвы. — Нокс на мгновение замолчала, прислушиваясь к тихому, синхронному шепоту Единства. — Однако Единство не разделяет мнение Консенсуса относительно угрозы, исходящей от Поверенного, — продолжила она. — Его решением было бегство секты. Это бегство не повлияет на функционирование Программы.
— Программа, — довольно четко сказал Тельзес, — не может навредить Консенсусу.
— Зачем это вам? — спросила Маделла. — В любом случае, то, что вы считаете «пониманием», не воспринимается так человечеством.
— Вирус, — заметил Избранник, морщась от явного напряжения. Видимо, воспоминания о старом языке сработали лишь на мгновение. — Консенсус.
— Electi считает, что человечество — это вирус, — пояснил Аро. — Его действия привели к Напасти. Единство, основываясь на имеющихся данных, предполагает, что именно люди создали первого трансгресса, — напомнила Машина. — Он должен был договориться с расами Галактики, но решил уничтожить их. До сих пор Консенсус не понимает причин такого решения. Достижение желаемого человечеством понимания станет одновременно лекарством для него самого.
— Война, — прохрипел старик. — Единство.
— Ответом на атаку трансгресса могла быть только война, в которой вы тоже участвовали, встав на сторону человечества, — перевел Аро. — Вопреки тому, как принято считать, именно Единство изгнало Консенсус за пределы Галактической Границы.
— Единство тоже было предано, — заметила Нокс. — Человечество почти уничтожило все машинные сущности с помощью вируса, распространенного в Галактической Сети.