Хватка внезапно ослабла.
Блум закашлялась. Сплюнула кровью, с удивлением почувствовав, что Гам уже не держит ее. Пограничник выпрямился, подняв руку, которой еще мгновение назад касался ее кожи. Он поднес ее к своему бледному, мертвому лицу. Замер на мгновение, будто вдруг действительно увидел и почувствовал, кого коснулся. Это длилось секунду, может, две. Достаточно, чтобы она попыталась отползти, все еще с ужасом глядя на его фигуру, восставшую из небытия.
— Кирк, — повторил он. — Кирк Блум.
— Помо… — начала она, но кашель и кровь помешали ей сразу закончить слово. — …гите…
Гам отступил.
Мертвый Пограничник сделал шаг назад, но само движение выглядело неестественно, как голофильм, пущенный задом наперед. Что-то внезапно остановилось, а затем ускорилось. Она видела его: была уверена, что видит, и в то же время его фигура будто исчезала, хотя все еще была здесь. Он просто отступил. Встал рядом, будто всегда был там: за пределами естественного угла зрения.
Кирк сильно закашлялась. Медленно, неуверенно начала подниматься, но задрожала и упала. Все еще смотрела на место, где был Гам и в то же время не был. Его очертания и тень скрывались между выкопанными остатками табличек.
— Блум! — услышала она крик Тартуса. Неуверенно обернулась, не зная, что увидит, а затем персональ наконец сдалась и лишила ее сознания.
***
Ей потребовалось полдня, чтобы прийти в себя.
Когда она наконец очнулась — в безопасности на борту «Темного Кристалла» — не знала, как интерпретировать произошедшее. Она видела Гама… в этом была уверена. Покойного Пограничника, который явился, чтобы убить ее… и который, однако, ничего ей не сделал.
Почему он пощадил её? Она понятия не имела. И, честно говоря, не хотела этого знать. Единственное, что её действительно интересовало, — это найденные таблички, доставленные Фимом сразу после того, как они с Покракой оттащили Блум в АмбуМед. Таблички, которые, как быстро выяснилось, никто не мог прочитать.
Тетка выделила часть своей оперативной памяти на их анализ, используя все данные из Синхрона, но не пришла к каким-либо удовлетворительным результатам. Однако больше всего Кирк разочаровал Нат, который, как только они возобновили с ним контакт и показали находку, просто развел руками.
— Это не язык, — заявил он, наклонившись над собранными данными. — Это похоже на набор пиктограмм и графических шаблонов. Местами напоминает символы, но я не вижу в них никакой логической последовательности. Выглядит как обычные каракули. Ты передала это своему ИИ?
— Да, но он ничего не может в них найти. Так же, как и ты.
— Со временем мы бы наверняка добились успеха, хотя бы с помощью Деспектум, — признал он. — Однако приближается момент, когда «Лента» выйдет из горизонта событий черной дыры. Твой отпуск окончен, Блум. Я хочу, чтобы ты оказалась там. Грюнвальд может понадобиться для реализации хотя бы части моих… — он на мгновение замялся, — наших планов.
— Похищение кораблей? — фыркнула она. — Ты действительно серьезно…
— У нас нет другого выхода. Мы должны как-то выжить, скрываясь как крысы, если человечество проиграет Войну Натиска.
— Отличная перспектива… — фыркнула она. Нат пожал плечами.
— До этого мы еще дойдем, — добавил он. — А пока скопируй мне материалы, полученные на Мафусаиле, — добавил он. — Я изучу их вместе с Жатвой, хотя вопрос Бледного Короля сейчас не самый важный для нас. У меня нет времени заниматься им, Глубиной или моим дальнейшим переходом. Не в тот момент, когда на карту поставлено выживание человечества. Так что пока оставь это. Сейчас мы должны заняться Грюнвальдом.
Кирк открыла рот. Она хотела сказать что-то еще, но призрак померк и исчез.
8
Цена
С большим сожалением сообщаю Вашему Императорскому Величеству, что невозможно создать полную сеть слежения за всем Млечным Путем. Буи, конечно, по-прежнему расставлены, а сектора тщательно наблюдаются с помощью галактических зондов и надгалактических херувимов, а также Контактных Окон, но полностью изучить Млечный Путь на данный момент невозможно. Галактическая Империя, охватывающая своим пространством бесчисленные миллионы миров, на самом деле представляет собой горсть пыли, разбросанной между звездами. Расстояния кажутся нам небольшими, но они колоссальны, и только Галактическая Сеть показывает нам всю сложность процесса создания карт, на которых часть звезд изменила свое положение или погасла, вопреки изображению, передаваемому жизненным светом.