— Он не будет так называться, — пробормотал Эд.
Зои немного отступила, вестиментум затрепетал.
— Что: не будет? — спросила она.
— Млечный Путь, — прошептал карлик. — Млечного Пути больше не будет. Все… все будет уничтожено.
— О чем ты говоришь?
— Я… — неуверенно прервался карлик. — Она…
— Какая «она»? Пин Вайз?
— Вайз… — простонал Эд, и его глаза снова затуманились серебристой пленкой. Летописчица подошла ближе к стойке, но карлик опустил голову и обмяк.
— Он больше ничего не скажет, Дама, — вставил ликтор.
— Да, я вижу, — скривилась Зои.
— Что нам делать, Дама?
— Активизируйте его моторику и психику с помощью амброзии. Немного, всего несколько капель… но этого должно хватить, чтобы он пришел в себя на несколько часов. Затем отнесите его туда, где держали. Я сама отправлю его в лихтугу. И найдите Пин Вайз, — голос Летописчицы на мгновение зазвучал стальным голосом Императора. — Я должна как можно скорее убраться с этой проклятой планеты.
***
Она понятия не имела, куда идет.
Шла медленно, не торопясь, наконец спокойная и осознающая себя. Шла за тонкой серебряной струйкой, по странному стечению обстоятельств не встречая по дороге ни одного ликтора.
Свет был теплым. Он шел к ней волнами, приобретая почти материальное измерение. Каким-то необъяснимым образом он менял структуру окружающей среды, хотя она не могла объяснить, в чем это заключалось.
Все погибнут, Вайз, подумала она. Все развалится, как карточный домик.
Выжженная Галактика.
Все, во что ты когда-либо верила.
Странные слова. Она сама не была уверена, верит ли в них. Она даже не была уверена, действительно ли она следует за серебром… А может, ей не следует верить в свое предвидение, которое так недавно показало ей гибель миллиона миров?
— Нет, — прошептала она себе, но без убеждения. Серебро дрогнуло, повернув влево, а затем вправо. Она послушно пошла за ним, почти на грани последней трезвой мысли.
Помещения крио не были закрыты, как и все места в Куполе Мыслителей, и когда она увидела дверь с зеленой лампочкой доступа, она не удивилась. Именно сюда она и должна была прийти: свет волновался, набрасывая на стены причудливые металлические отблески. Пин подошла на несколько шагов и нажала кнопку.
Ее встретил холод.
Она пошла быстрее, ступая по ледяному полу, краем глаза замечая тонкие нити инея. Их присутствие казалось прогоняющим серебристый свет, но Вайз уже не обращала на них внимания. Она шла к одному конкретному месту — к криосаркофагу со стеклом, покрытым ледяным туманом.
— Яр… — сказала она, опускаясь на колени у холодного саркофага.
Она протянула руку и протерла холодное стекло. Он был там… или, вернее, то, что от него осталось.
— Ты не можешь остаться здесь, — сказала она. Она даже не допускала мысли, что Глас Императора заберет тело Ворона в лихтугу. — Ни за что. Я разберусь с этим, — пообещала она, нажимая кнопку открытия саркофага. — В худшем случае… — Она прервалась, только в этот момент осознав, что она не одна.
С потолка отклеился Мыслитель Первой Степени и Лектор Ксенопрограммы Сет Тролт.
То, что она его узнала, можно было объяснить разве что несколькими годами совместной работы. У него осталось лицо, но оно выглядело как натянутая на кости мертвая маска. Остальное было чужим. Вновь сформированный скелет, обвитый жилами мышц и внутренних органов. Со скользкого, искривленного тела существа капала маслянистая слизь.
Паломник.
Пин вскрикнула. Она попыталась отступить, но ей помешал открытый криосаркофаг. Мыслительница споткнулась и упала на пол.
— Сет! — крикнула она, надеясь, что знакомое имя удержит существо от того, что оно планировало. — Сет, нет!
Тролль встал перед ней, согнувшись в странной, нечеловеческой позе. Он выглядел как животное, с трудом сохраняющее видимость навсегда утраченной человечности. Пин громко сглотнула слюну.
Она боялась.
— Послушай… — сказала она. — Не делай мне больно. Мы можем договориться, да? Прийти к… консенсусу.
Сет слегка наклонил то, что она в первом порыве приняла за голову. Он казался смотрящим на нее. Его полумертвый взгляд блуждал от нее к телу Яра, с которого уже сошла холодная дымка.
— Это Яр Ворон… — объяснила она дрожащим голосом. — Ты помнишь его? Он должен был договориться с теми, кто сделал это с тобой. Так же, как я. Я только этого хочу, Сет. Так же, как он… так же, как все мы.