— Да? А кто это, по-твоему?
Карлик поднял голову и, кажется, впервые посмотрел ей прямо в глаза.
— Это Сет Тролт, — ответил он. — Но не только он. Лектор — это, в лучшем случае, основа. Сверху находится Яр. И, судя по тому, что я вижу с помощью интерполяции, Пин Вайз… Вернее, то, что от нее осталось.
***
Лорд Хресиос ждал. Он был почти на грани обморока. Глядя на него со стороны, можно было подумать, что он спит, и в какой-то степени это было правдой.
Он видел время — время вне времени. Безвременье, место вечности. Скольжение на границе Уникальности, пустота… послеобраз Глубины. И он не мог этого забыть. Когда его вызвали много лет назад, Галактическая Империя выглядела лучше. Миры казались ему богаче. Космос — красивее и красочнее. Теперь все серело, погружаясь в темноту.
Он должен был вернуться. Желание вернуться в безвременье росло в нем с каждым часом. Почему его вырвали из вечности? Действительно ли только для того, чтобы он уничтожил какую-то незначительную систему? Он помнил конфликты, простиравшиеся вдоль галактических Рукавов… маневры на границах Стрельца А. Окраины целых туманностей, покрытые замерзшей кровью…
Это знание превращало его в статую. Он застывал, чувствуя, как амброзия, текущая по его венам, превращает его в существо, которое он сам уже не мог узнать. И поэтому он внезапно двинулся, выбрав соединение с «Проклятием».
Прямо перед Главным Моторным Центром «Воли и Приказа» появилось старое, иссохшее лицо баронессы Сепетес.
— Лорд, — проскрипела баронесса. Ее глаза были слепы, но смотрели прямо на изрытое шрамами и утыканное инъекторами лицо Хресиоса. — Мой любимый лорд…
— Сепетес, — голос напоминал шуршание старых компьютерных помех, — прикоснись к «Жажде» Астиата. Пора завершить дело.
— Мой дорогой лорд… — прохрипела она, поднимая в воздух то, что осталось от ее рук и напоминало украшенные золотом когти. — Договор в небытии.
— Да, баронесса, — согласился он, — пусть тонет.
— Пусть тонет… — подтвердила она. Ее пальцы казались танцующими, а передаваемые ими сигналы попадали в ее собственный ГМЦ. — Мы вернемся в безвременье?
— Да. Как только завершим очищение, — согласился он, но баронесса уже не слушала. Ее голограмма затрещала и исчезла.
***
Они проиграли.
Сначала казалось, что план карлика может сработать. Вход в вентиляционный канал был достаточно широк, чтобы Зои протиснулась в него сразу за Эдом. К сожалению, в этот момент Даму схватило то, что когда-то было тремя ведущими Мыслителями Империи.
Марк закричала. Существо дернуло ее так, что Летописчица ударилась о стену напротив вентиляции. Крикнул и карлик, которого схватило ее собственное vestimentum, вытаскивая его наружу, как подвижного, испуганного червяка.
— Нет! — зарычал Эд, но монстр не обратил внимания на его протесты. Он сразу наклонился и вонзил костлявую конечность в грудь карлика. Зои в ужасе застонала, видя, как маленькое тело Мыслителя покрывают высасывающие его вены.
— Консенсус, — выпалило чудовище. — Кон…
И тут что-то оборвалось. Внезапно и совершенно неожиданно. Понимание между людьми и Чужаками было нарушено, и прорыв в Парадоксе Восприятия исчез, как будто его никогда и не было.
Существо, стоящее над мертвым телом карлика, начало трансформироваться.
Вид напоминал что-то покадровое, фрагменты разорванной анимации, перевернутый фильм о распаде. Где-то глубоко в теле Эда интерполяция нашла начало трансформации ксено и человеческий источник, заключенный в псевдоинопланетном теле, после чего, соединившись с экстраполяцией Ворона и предвидением Вайз, начала восстанавливать человеческую генную структуру. То, что должно было стать долгожданным для людей пониманием, наткнулось на смесь генетических преобразований, совершенно не подходящих к ранее известным Чужакам структурам человечества.
Паломники хотели понимания. Похоже, что, добиваясь его с помощью кандидатов, они совершили ошибку.
— Вайз, — пробормотало чудовище. Зои, парализованная страхом, дрожала, как в лихорадке, даже не чувствуя, как по щекам текут холодные кровавые слезы. — Вайз…
Марк не хотела на это смотреть. Она знала, что умрет, но не хотела этого видеть. Она зажмурила глаза, прислушиваясь к ужасным, странным звукам и загадочному шуму, который обдавал ее ледяным холодом.
Там что-то создавалось. Что-то, что никогда не должно было появиться. Что-то, что наверняка убьет ее, если она останется здесь.