К сожалению, последнее превращение в «Черную ленточку» было намного хуже предыдущего.
На этот раз Единственный милостиво сообщил им о последней попытке «изменения структуры, предшествующей настоящему скольжению, возможно, превышающему пятнадцать световых лет», как он профессионально выразился. Он даже установил счетчик, или, скорее, его новый тип. Обратный отсчет: черные буквы на белом фоне, своего рода «Черный Счетчик». Эрин не хотела на это смотреть. Она вышла из стазис-навигаторской, стараясь не смотреть на мертвое, хорошо ей знакомое лицо кастрированного ИИ. Аватар доктора Харпаго появился над навигационной консолью, как призрак, и начал отсчитывать цифры вместе с Черным Счетчиком. Хакл, подражая Миртону, нервно протерла лицо, но щеки были сухими.
В коридоре, ведущем к СН, сидела Пинслип Вайз.
Девушка выглядела спокойной: спокойнее всех остальных. Сидя на полу «Ленты», она положила руки на подтянутые колени. В руке, что удивило Эрин, она держала палочку. Этот вид так не подходил ей, что Хакл невольно улыбнулась.
Пин ответила легкой улыбкой, поднеся кончик палочки ко рту и затянувшись дымом. Закашлялась.
— Дерьмо, — сказала она. — Не понимаю, как Хаб может это курить. Скажу ему, сразу как выйдет из Сердца. Ты видела Месье?
— Нет. — Эрин покачала головой, садясь рядом с Вайз. — Наверное, пьет в машинном отделении, глядя на Помса.
— Хорошая идея, — заметила астролокатор. — Ведь скоро начнется.
— А ты как себя чувствуешь?
— Я выдержу, — ответила Пин, протягивая сигарету Хакл, которая после короткого колебания приняла подарок и приложила палочку ко рту. — Может, ты мне не поверишь, но я привыкла.
— Ты шутишь. Серьезно? — иронично спросила Эрин, возвращая ей палочку. Пинслип пожала плечами и затянулась дымом. На этот раз она не закашлялась.
Секунду спустя «Лента» превратилась в «Черную ленточку».
Это длилось дольше, чем в прошлый раз, но Хакл не была уверена, сколько именно. Время застыло, как в стазисе, на полу и стенах появился иней… а в глубине коридора появился доктор Харпаго.
— Ох, твою мать, — выругалась Вайз.
Это не было голограммой кастрированного ИИ. Фигуре не хватало хотя бы легкого мерцания, характерного для изображения, проецируемого старыми эмиттерами «Ленты». Джонс — если это был он — стоял к ним спиной, неуверенно покачиваясь на ногах. Он был одет в ту же одежду, в которой его похоронили — его любимый, ухоженный космический скафандр. Держал что-то в руке, но они не заметили, что именно. Только смотрели, не шевельнется ли призрак.
Лишь бы не обернулся, подумала Хакл, охваченная странным, холодным страхом. Лишь бы не обернулся, чертова Напасть!
— Эрин, — астролокатор поднялась, дергая ее за плечо, — вставай! Нам нужно убираться отсюда! Двигай…! Двигай, слышишь? Он идет!
— Кто? — пробормотала Хакл, позволяя поднять себя миниатюрной девушке, которая была почти на голову ниже ее. — Кто…?
— Я не знаю!
«Черная ленточка» застонала. Прыгун замер, одновременно погрузившись в волну вибраций. Эрин встала на ноги, а доктор Харпаго начал медленно поворачиваться.
Они не стали ждать, пока он их увидит. Побежали по внезапно образовавшемуся на полу льду, упираясь руками в холодные стены. Они слышали шаги Джонса и его спокойный, ровный голос, хотя не были уверены, что он говорит.
— Быстрее! — крикнула Пин, заталкивая Хакл в свою каюту. Эрин споткнулась и чуть не упала на кушетку, на которой уже лежал микропроигрыватель KenoZero. Вайз повернулась и нажала кнопку, и дверь со странным, невиданным ранее сопротивлением задвинулась.
Пять секунд спустя «Черная ленточка» начала трансформироваться.
Это не походило ни на что из того, что они испытывали раньше. Прежде всего, изменился размер самой комнаты, а часть стен стала почти прозрачной. Кроме того, кто-то был с ними, хотя только через мгновение они поняли, что смотрят на свои тени, как в зеркале, но сзади. Призрачные образы начали накладываться друг на друга и перемешиваться, и в какой-то момент Эрин закрыла глаза.
— Хакл, — услышали они внезапно холодный, лишенный эмоций голос. — Вайз.
Доктор, если это действительно был он, стоял у двери каюты. Он, похоже, нажимал на кнопку — несколько раз и безрезультатно. А потом начал стучать.
Что-то шипело. Непонятно, от ударов или от прикосновения к панели, дверь задрожала и начала открываться. Эрин открыла глаза и с удивлением заметила, что обнимает сидящую на кушетке Пин. Она не знала, в порыве защитить девушку или сама искала помощи.