— Спокойно? — не поняла Алаис. — Артез, что здесь происходит?
— Я согласна с Маршалом Северных сил, — так же быстро бросила Маршал Западных сил Ева Тисс, но было видно, что ей это далось с трудом, как будто только сейчас она поняла, на что смотрит. — Да, в некоторой степени это решение очевидно, но только тщательное исследование сможет…
— Почему вы не хотите это подтвердить? — перебила ее Мистери. — Мы должны рассмотреть такую возможность!
— Консультантка Артез… можно вас на минутку? — неожиданно обратился Керкос. Удивленная Мистери кивнула, позволяя Маршалу подойти к ней и использовать портативный глушитель сигнала. — Мы находимся в Штабе синхронной стратегии Галактических Вооруженных Сил, — напомнил он, когда они оказались в пузыре тишины. — И у нас здесь не только окологалактический конфликт, но и необходимость поддерживать моральный дух всех заинтересованных лиц, подключенных к Синхрону Штабов… — Он прервался, чтобы добавить немного тише, но более твердым тоном: — Я бы хотел, чтобы вы серьезно подумали, прежде чем произнести следующие слова, — закончил он, выключив устройство.
— Маршал, что означала эта ситуация? — с язвительной интонацией спросила Маршал Тисс. — Вы действительно думаете, что в Штабе Синхронной Стратегии вы можете проводить такие приватные консультации?
— Маршал просто хотел… — начала удивленная Артез, но ее опередила Посланница Человеческой Расы. Голос Маделлы Нокс был спокойным, холодным и, что удивило не только Мистери, с легким оттенком удовлетворения:
— Это Луч, — объяснила бывшая Наблюдательница Контроля. — Вы смотрите на очередной Луч, на этот раз внутри Галактики. Я думала, это очевидно.
3
Контакт
Отрезанные головы, подключенные к электронным устройствам. Заражение ксенопаразитами, которые меняют генетическую структуру жертв. Воскрешение теоретически мертвых тел, чтобы превратить их в полупризрачную форму. Слияние еще живых организмов с фрагментами чего-то, что научная команда пока назвала «биологической особенностью». Имплантация ксеноорганов на место человеческих органов. Это мы нашли в ксеноучреждении, которое, по словам Хаттонов, должно было служить «дипломатическим центром». Неужели так Чужаки представляют себе установление контакта?!
Весь отчет я пометил как строго секретный и надеюсь, что он попадет в руки Императора. Все научное сообщество ждет более решительных действий. Разве для «понимания Чужаков» мы должны жертвовать гражданами Империи?! Этот фарс нужно прекратить!
Нотене Хабас,
Мыслитель Четвертой Степени,
записанное внутреннее сообщение Галактической Сети,
датировано Имперской Эрой
Буй-локатор находился в NGC 2467 в созвездии Кормы, прямо перед Рукавом Персея, в тринадцати с половиной тысячах световых лет от легендарной Терры, и они долетели до него по нестабильной глубинной искре.
Их встретили обломки.
Битва, должно быть, произошла уже давно и, судя по всему, закончилась победой: в космосе дрейфовали в основном остатки Ствола Консенсуса. Разорванные на куски фрагменты адсорпов и, скорее всего, виропексов. Среди них, запертый в микрогравитационной орбите, вызванной скоплением многих тел, перемещался бактериеподобный, огромный и полупрозрачный — к счастью, мертвый — патоген. Скорее всего, здесь не было Заражения, но этот организм выглядел угрожающе, хотя было видно, что его разорвало на две части — наверное, в результате попадания гравитационной ракеты.
На фоне этих обломков сама туманность, окружающая NGC 2467, была еще молода и красива. Облака зеленовато-красного газа, полные хлопкообразных и волокнистых структур, а на их фоне ярко-голубые звезды, похожие на чистые алмазы. Здесь дул легкий солнечный ветер — поток частиц материи из внешних слоев звездных атмосфер — который легко уравновешивался магнитными полями корабля.
Но Цару Дженис не интересовали ни обломки, ни красота, простирающаяся за неостеклом «Кривой Шоколадки». Ей были безразличны звезды и текущая цель миссии, озвученная капитан-лейтенантом Толком. Ее интересовал только ее муж, превращенный в Реанимата — Электронного Посмертника Стрипсов.
Малкольм Дженис снова, после пяти лет разлуки, стал центром ее мира — гравитационной воронкой, которая одновременно притягивала и отталкивала ее. То, во что его превратили, напугало ее. Она была в какой-то степени готова смириться с его смертью, но ничто не подготовило ее к такому жуткому возвращению. И хотя она рассказала команде сказку о том, что она потеряла сознание от сильного переутомления, двухметровый Реанимат с полумертвым лицом Малкольма Джениса был для нее воплощением худших кошмаров.