– То есть он просто накинулся на тебя? С нечего?
– Я об этом и говорю! – Рики лег на пол и залез под кровать.
– Ты чего? – Рим подошёл к нему и наклонился пытаясь увидеть что это там мальчонка делает. – Рики?
– Книжку ищу. – Приглушенно было слышно снизу. Секунд тридцать он там пошарил и вылез обратно. Весь в пыли и собачей шерсти. – Он ещё и бросался вещами! Надеюсь не порвал, а то нас мать убьёт.
Тучи сгущались, и в воздухе начинало пахнуть скорым дождём. Люди стали заводить скот в сараи и хлева, девушки снимали с веревок одежду и постельное, а старики и дети поглядывали в окна в предвкушении предстоящей, и возможно последней грозы на этот год. Бени бежал быстро и кричал вслед убегающему мальцу.
– Ники! Постой! Ники!
Ники молчал, но чуть замедлился.
– Говорю подожди! Я коньки отброшу, Ники! Я сдохну скоро!
Ники остановился.
– Хэй,хэй! – Бени еще пыхтел и жадно заглатывал воздух. – Хвост трубой! Успокойся! Дай-ка, – Бени попытался поднять голову Ники, но тот отвернулся в сторону. – сильно побит?
Ники молчал.
– Ты чего парень? Рики получит от меня если что натворил, обещаю.
– Он..Он… – парень сорвался на плач, – он обзывал меня и говорил что я сопляк! А ещё что Мэй считает меня таким-же! Он невыносим! А ещё он говорил что меня выгонят из дома.
– Чего? Эй-эй, он правда такое говорил? – Бени не верилось что те кто ссорились разве что из-за того кто первый будет скатываться с горки зимой могли вот такое. Такие слова не произносятся в детской соре. – Ты уверен?
– А ещё он говорил что вы со мной водитесь только чтобы шутить что я мелкий! – Ники зарылся в рубашку Бени головой. – А ещё…
– Эй! Это неправда! Вы оба наши друзья. И никто над вами не шутит. – Он врал. Они подшучивали с Лидией над ними, но никогда не имели в виду что-то серьёзное. Братья были и для них братьями. Младшими, дураками, но они их любили. – Может ты чего сделал ему что он такое говорил?
– Я ничего не делал! – Он слегка ударил Бени в грудь. – Я просто валялся на кровати и тут он начал помои лить!
Ч2.
Тишину разрывал гудящий вдалеке гром. Ни матери, ни отца опять не было дома. Для Ники и Рики это уже вошло в привычку. Мать беспокоиться за каждый свой шаг и считает каждый свой вздох. В прямом смысле этого выражения. Она думает что каждое утро просыпаться с ограниченным числом вздохов и считает каждый. Но сумасшествие леди Вэйн не переходит границы, так или иначе она может себя нормально контролировать в спокойные моменты. Однако если происходит что-то из рамок вон выходящее, или просто не привычное, то наступает тот момент когда дышит она быстро, а цифры в голове летят с молненосной скоростью Все сливается в одну кашу и получается… получается то что получается. С виду она просто теряет себя, но помочь здесь ничем невозможно, кроме как абсолютного изничтожения разума, что в условиях двух маленьких детей – недопустимо.
А отец работает на ферме, и потому что заметили братья, изменяет маме с молоденькой дояркой. О нём они стараются не говорить. Для них он просто тот кто их кормит и пропадает до ночи на своей “работе”. Иногда это бывает и “ночной сменой”. Братья научились жить одни.
Ники сидел на своей, нижней, части кровати и тупо уставился в одну точку под собой, Рики всё так же сидел на полу у стола и оба они молчали.
Сейчас их поведение показывало как они оба малы. У обоих была ИХ правда, и никто не хотел признавать собственную вину. Сейчас они были просто детьми которые повздорили и отказываются говорить друг с другом.
Однако их, если так можно сказать, показания, не совпадали. Бени рассказал про Ники, Рим про Рики. И Рим чувствовал на себе всю тяжесть этой ситуации. Чувствовал и не знал, опять, что делать. Он метнул взгляд на друга по несчастью и увидел усталость. С самой первой встречи Бени не разу не выглядел настолько уставшим. Он облокачивается спиной на дверь и буквально скатывался вниз. Видимо надо брать всё в свои руки и облегчить хоть как-то его ношу. Но как?
– Рики ты… – сказал он наконец разорвал гнетущую тишину. – Можешь повторить то что мне говорил?
Рики обернулся к Риму и посмотрел на него укоризненно и при этом с жалобой. Он не хотел расстраивать брата, не хотел обсуждать эту ситуацию и вообще не понимал что к ним влезли эти два “правильных мальчика без братьев”. Они ссорились с братом не раз, дрались, рыдали, а потом просто без лишних слов прощали друг друга. Это было обычно, но они не могли это понять.