Лис улыбнулся. В редких моментах его брат бывает самой мягкой булочкой на всей планете.
– Я как бы буду твоим проводником, Рим, чтобы ты не потерялся в памяти. Постараюсь создать резонанс между нашими душами. Ты слишком долго пробыл в Роджере, и… – он вновь замялся, – я понимаю что у тебя там появились друзья и как бы это плохо не звучало, сейчас нам это сильно мешает. Скорее даже мешает твоя вина за то что там произошло. Я понимаю что ты чувствуешь, но говорю, постарайся от этого отойти хотя-бы на минутку другую, хорошо? Постарайся довериться мне. Нет. НАМ. – Лис изумрудными глазами впился в Рима. И в них двоих чувствовалась одна боль. В той крапинке отблеска света от костра была пустота. – Просто если ты… Если ты запутаешься, то пыль уйдёт по ветру, а то и ты сам. Но, ты не должен бояться и даже…
– Даже полностью очистить мысли, так? – Перебил его Рим.
Лис сначало озадаченно посмотрел на него, а после еще раз улыбнулся. Резонанс работает. На минимальных уровнях, но уже работает.
– Да ты прав, – сказал он, – тебе надо полностью избавиться от ненужных мыслей. Но, я верю, ты сможешь.
– Да.
В теории то он понимал что нужно сделать. Понимал что надо забыть друзей. Но… Так много “но” сегодня. Хотя еще пару часов назад он искал Лидию, а теперь вот что… И видел самый прекрасный сон, сон в котором бы хотелось остаться навсегда. Нет. Нет и ещё раз нет. Если дать этим мыслям обрести фундамент то он упадёт в пучину пыльной дремы и не выберется из неё. Лис сказал про потерю себя и все равно казалось не все.
Несказанные слова обретают форму. Форму страха. Если проиграть спор с грезами – в них ты останешься навечно. Но это не страх забвения, а страх надежды.
– Не волнуйся, Лис все преувеличивает. – Сказал Ворон. – Ты у него не первый.
– Начинаем. – Сказал Рим ударив себя кулаком по коленке.
Лис улыбнулся, перевернул мешочек и высыпал содержимое себе в ладонь. Закрыв глаза он что-то произнёс и занюхнув чихнул в направлении Рима. Поднявшиеся облако пыли отблескивало красным в свете костра.
Ворон отошел поодаль чтобы эта дрянь его не достала. Переметнув пару мыслей у себя в голове, он отошёл ещё дальше.
Ч3.
Пустыня высокими дюнами высилась над парнем, Белый песок подобно снегу падал вниз и растворялся в красном небе, а черные шпили протыкали оба пространства. Из образованных дыр в оба направления падения/возвышения лилась густая слизь из мусора и грязи. Парень был в середине круга из костей, и по облакам расходились спиральные волны. Он был один и он был всем.
– Как ты? – Спросила рыжая дымка, пульсируйщая волнами в осязаемом ветре.
– Я не знаю. – Ответил парень. Его голос стал тяжелым и обратным эхом разрывал грудину.
Дымка с отзвуком в движениях пролетела по оси круга.
– Ты много чего не знаешь, – сказала она, – но разве это важно?
– Кто ты?
В далеке послышался звенящий звук обрушения одной из башен. Грязь упала на белый песок.
– Ты знаешь, – ответила дымка, – всегда знал.
– Ты Лис?
– Быть может и он. – Рыжий пар растворялся и сгущался обратно в приятном звуке. – Или нет.
– Что мне нужно сделать?
– А что ты хочешь?
Вверх упали еще две башни.
– Мне нужно имя, так ведь ты сказал.
– Я? Я ничего не говорил
– Тогда кто?
– Кто что?
– Кто ты? – Взревел парень.
Бедренные, берцовые, грудные и локтевые кости левитирующего круга переменили свое положение на обратное их текущему.
– А кем ты можешь быть? – Спросила дымка и растворилась мглой вокруг парня.
– Могу быть? – Его голос стал слышался звонким постуком трости в пустой комнате.
– Кем ты хочешь видеть себя?
– Собой.
Упала четвертая, седьмая и одиннадцатая колонна. Мусор медленно плыл по барханам в центр.
– Каким из? – Спросила мгла.
– Не слушай его! – Крикнул кто-то снизу и парень обратил взор под ноги, или то что раньше могло быть ногами. Две звезды освещали небеса, синяя как само небо и зеленая как… свежескошенная трава. – Ты новый ты, а не старый ты. Забудь свои грехи и иди вперед.
– Грехи? – Вновь спросила дымка и отлетела к кругу костей. – Грех это незнание. Ведь ты это знаешь? Грех это то кто ты.
– Я не знаю, – ответил парень, – мне нужно имя.
– Твое имя это и есть ты. Ты греховен с самого своего рождения.
Круг костей поднялся выше. Кости парили в пустоте и каждая крутилась вправо. Но ни одна из них не ударилась о соседа.
Мусор собрался в ровную, трёх сторонюю пирамиду взирающую в круг своей вершиной. Она пахла испражнениями, гноем и тухлым мясом.
– Имя это просто слово, придумай себе любое любое! – Послышался звук снизу.