Волк помог настроить карты таким способом что каждая из мастей и достоинств имела свою роль. Более универсальные заклинания на каждой из карт помогали в распределении сил. Лис конечно может, как и прежде, просто взвести пальцами и поставить барьер, но игральные карты, являясь в каком-то роде, катализатором усиливают эффект. Сейчас выбора особо не было и Лис пустил в ход все четыре туза, а их, как в накрытой крышкой кастрюле, обдавало жаром. Они тушились на медленном огне.
– Зато не сгорели сразу. – Сквозь боль вымолвил Лис.
– Ты что-то сказал? – Змея накрывала детей плащом.
– Да, так. Шучу. Как все… – Изо рта брызнула струйка крови.
Лис тяжело дышал, ноги дрожали. из носа текли вязкие сгустки крови. Сколько он ещё сможет продержаться?
Новая волна огня врезалась в купол. Лис покосился и упал на колено. Барьер завибрировал от тяжести магии.
– Всё хорошо? – Только сейчас Змея поняла что кричит. Среди этого ада сложно было даже разбирать собственные мысли, не то что следить за голосом. – Лис!
Барьер вернул свое обыкновенное лазурное сияние и закружился.
– Всё, блядь, отлично! – С ухмылкой на лице ответил Лис и кинул на вращающиеся части еще по королю.
Рядом стоящий памятник-обелиск героям полувековой войны треснул в основании и начал заваливаться.
– Змея!
Она отпустила детей, сделала кувырок к Лису, достала у того нож из-за и пояса бросила что было сил в обелиск. Подхватывающий магией он смог отвести каменную громадину на пару градусов, спасая и без него бедственное положение.
Старуха и две дамы кричали во всю глотку. Дети плакали. А единственный мужчина, кроме Лиса, упал на землю и свернулся в позу эмбриона и молился.
– ЗАТКНИТЕСЬ! – Крикнула что есть мощи Змея. – Завалите свои хавальники! – Она, как никто, знала как сильно окружающие способны влиять на Лиса. Он, державшийся всегда молодцом, был раним и крайне чувствителен к горю окружающих. Только она видела как он бережно держит нож над шеей дикой лани. Как он смотрит на нуждающихся и скрепя сердцем проходит мимо. Она не видела его тем шутом которым видели его остальные, и коим он хотел себя показать. И сейчас в этих глазах было желание сбежать, пойти против своей натуры, бросить этих людей, но выжить. – Всё будет хорошо, Лис, держись. – Сказала она больше для себя, чем для него.
Последняя, завершающая и самая сильная волна сломала Лиса и тот упал. Но купол продержался еще с минуту и спал. Карты превратились в пепел и пустились по ветру. На улице стояла тишина прерываемая изредка треском ещё несгоревшей материи. Именно что материи. Тут не осталось ничего что, хоть немного, напоминало бы что-то осмысленное. Черно-белый океан с зеленым островком в центре, и семью людьми в нём.
Ч9.
Лев проснулся один в комнате, а неподалеку валялась в калачик свернутая мертвая многоножка. Видимо она свое отжила. Парень потер зудящую шею и быстро отдернул руку. Появившиеся вздутия сильно болели от всякого шороха. Он попытался крикнуть, но слова застряли в горле тяжкой хрипотой.
“Сколько прошло времени? И где все?” – Спросил он себя и не найдя ответов попытался встать. Неудачно. Больная нога поддалась воспоминаниям и подкосилась.
– Черт. – Выругался он хрипло и предпринял новую попытку.
Ковыляя, как когда-то в прошлом, придерживаясь стенок он выбрался из банных и уже в коридоре услышал громкие звуки доносящиеся из зала.
– Хватит истерить, Кошка! – Перекрикивал ее Волк. – Тебе опасно туда идти!
– Им нужна помощь! Ты и понятия не имеешь что там происходит!
Лев вошел в помещение, его заметил только Медведь. Тот повел головой из стороны в сторону давая понять что сейчас не время, но сам двинулся помочь.
– И? Что ты там сделаешь? – Твердо ответил Волк. – Нет. Идем мы с Медведем. И точка.
– Там моя сестра!
– И мой брат, – сухо сказал Ворон, – но мы с тобой, оба, будем бесполезны.
Кошка хотела было закатить новый скандал, но тоже заметила покосившегося Льва.
– Лев! – Она подбежала к нему и взяла за руку, – мы…
– Отойди, дорогая. – Сказал Медведь и подхватил на руки Льва. – Его надо залечить.
Волк не ввел в курс дела Ворона и Медведя поэтому сейчас надо было быстро соображать и перебивать.
– Мы думали ты ещё спишь. – Сказал он. – То пойло быстро тебя срубило, да? Ха.