Они зашли в узкий переулок клоняшихся друг к другу домов и пройдя по замысловатому лаберинту из “отдыхающих” наткнулись на двух амбалов сторожащих прилично выглядящую стальную дверь. Ворону вспоминалось как он был тут в последний раз, как покупал очередную дозу Смолы на украденные деньги брата, как ему продали бодяженный обрубок, и как… он был частью этого лабиринта, и как в то время его тоже выкидывали отсюда такие-же здоровенные мужики. Много воды утекло с тех времен, но осадок на душе остался. Это место раньше служило местом дилеров дорожного квартала, и раньше тут сидели все важные его шишки. Город меняется только в своих социальных связях, крысиные норы прорыты все там же.
– Ли тут? – Ворон сохранял безопасную дистанцию. Бандиты тупо уставились на него и молчали. – Слышь, вялый, Ли, где он? – Медленно процедил Ворон. Они были туповаты, но на такую издевку должны были ответить.
– Дашь девку на пять минут я быть может и отойду. – Правый глазами раздевал Кошку и представлял их соитие. – Согласна сосочка?
– А потом мне отсосешь, даже наклоняться не придется, маленькая моя – Сказал второй и расхохотался во всю свою гнилую пасть.
Кошку такие заявления и просьбы не волновали. Она не раз слышала подобное и уже привыкла. Тупое быдло останется тупым быдлом. Пока… Мысль о использовании силы пришлось затолкнуть обратно. Хотя она привыкла все проблемы решать именно ей. Сейчас же предется положится на Ворона.
Однако не смог выдержать Лев.
– Рты свои позакрывали. – Сказал он глядя им в глаза и сжимая руки в кулаки. Устои договора с маргинальными личностями он конечно не знал. Но надо ли их принимать если такова плата?
– Какой борзый. – Сказал первый и сделал шаг вперед. В его глазах горела злость. – Я конечно не по мальчикам, но…
Он успел рвануть вперед, но Ворон подставил подножку, повалил его на землю, сел на спину и поднес нож к его горлу. Второй кинулся на помощь, но получил кованым ботинком Льва меж ребер, отлетел на добрых два метра и приземлился в везде царящий мусор. Кошка напрыгнула на него, улыбаясь она тоже подставила нож к горлу. – Только крикни – язык отрежу. Ясно? – Сказала она.
– Ли тут? – Сказал Ворон и сильнее прижал амбала ногой.
– Да-да он тут, пусти. – Голосок его явно изменился с грубого на примерно послушный с нотками детскости. – Отпусти, прошу.
– Мы сильней, понял? Вы нас пропускаете.
– Да-да, поняли, пусти.
Ворон отпустил, Кошка – нет. Она сидела на нем и разглядывала его ошалевшее лицо. Одна та мысль что его жизнь находиться в руках маленькой девочки его унижала, а ее смешила. Она выглядела как девочка, но она ее не была. Она потеряла этот статус тогда когда проснулась в заснеженных лесах Катарсиса. Тогда когда они убивали дичь голыми руками. Тогда когда бежали от военных и получали от них стрелы пробивающие насквозь. Да и по возрасту ей не подходило это определение. На данный момент ей было восемнадцать лет. Она это знала как и знала что ее зовут Кошка с самого начала.
Дверь со скрежетом отворилась и показала длинный, тускло освещенный коридорчик.
– Вторая дверь направо. – Сказал амбал. – Три раза постучите.
– Вы теперь поклоняетесь принцу? – Ворон знал что в Мрааде не в почете вера в кого либо кроме как денег, однако три раза постучатся был именно что жестом Принца. Никто просто так не стучал три раза.
– Ли ищет сильных. – Сказал второй и нож Кошки отодвинулся. – Слезь с меня, я проиграл и не нападу в спину.
– Такой значит ты? Хотел трахнуть малолеточку, а теперь весь из себя честный? – Как бы Кошка не хотела, но из нее иногда выходила манера речи Змеи. – Пальчики тебе обрежу чтобы не повадно было, хорошо, мудила?
– Нет, нет, прошу, не надо! – Взмолился он.
Тут рождаются слабыми. Слабыми растут. И слабыми погибают. Вся сила этих амбалов в их устрашении. Им повезло с генетикой быть огромными и внушать страх. Но “брошенный” всегда будет “брошенным”. Никому не нужным, несчастным и слабым. Они будут рыдать от вида собственной крови, но смеяться если их сил хватит на унижение другого брошенного.
– Мусор. – Кошка плюнула в затылок и уложила амбала одним ударом кулака в нокаут.
Как только все трое зашли в коридор дверь наружу закрылась. Выломать ее не составило бы труда, она, как и все тут, только выглядела суровой. Да и не стали бы эти говнюки они это делать. Мраад большой, но тут легко найти того кого хочешь найти.