Но повторять ошибки орков Джинкрасс не собирался, к тому же ситуация уже несколько изменилась. За прошедшие двадцать лет, при попустительстве Альянса, эти бесхозные земли почти прибрали к рукам тролли и на юге от бывшей ордынской крепости, прилегая к горам, выросла ещё одна. Точнее была отстроена заново. Когда-то очень давно там располагался храмовый комплекс где тролли древней империи Амани поклонялись Шадре'Алоа – паучьей богине. Двадцать лет назад там оставались лишь скрытые лесом, заросшие верхушки пирамид, чьи основания давно провалились под землю, но к настоящему моменту тролли из племени Сухокожих успели не только откопать древние монументы, но и восстановить вокруг подобие крепостной стены. Полноценного штурма она, конечно, не выдержит, но если приложить руку, поставить несколько зиккуратов и восстановить крепость Орды, то вместе с заставой Кель'Данил получился бы мощный укрепрайон. Впрочем, получившийся городок вполне подойдёт и как база снабжения для форта на перешейке, в любом случае, работе троллей найдётся применение…
Всё это архилич обдумывал на грани сознания, нисколько не затрудняясь одновременно вести операцию по непосредственному захвату того самого храмового комплекса и ещё пяти более мелких поселений на границах леса. Бывшие тролли Амани, а ныне – немёртвые воины на службе владыки Мефисторота, чувствовали себя в лесу не хуже своих противников, пожалуй даже лучше, так как все они были ветеранами совсем недавно прошедшими не мало сражений, обладающими огромной физической силой и новыми – не доступными живым способностями. А вот охотники Сухокожих и Порочной ветви могли похвастаться лишь редкими набегами на торговые караваны идущие к дворфам, да убийством диких зверей. Совершенно безрадостная картина… для последних.
Умертвия и личи бесшумно подобрались к стенам, штурмовать единственный проход, где вместо полноценных ворот, имелась лишь в ручную раздвигаемая баррикада из заострённых кольев, не было никакого смысла – лесные тролли, не смотря на своё говорящее название, прекрасно умели лазить даже по отвесным скалам и двухметровая преграда не стала для них сколь-нибудь существенным препятствием, особенно с учётом заранее подготовленных верёвок с «кошками». Сухокожие совершенно не ожидали подобного нападения, тем более, в разгар солнечного дня, привыкнув видеть в качестве противников исключительно кряжистых дворфов, что во время ходьбы по лесу издают больше шума, чем иной огр, проникновение за стену они полностью прозевали. В иной ситуации, Джинкрасс предпочёл бы атаковать ночью, тем самым наиболее реализовав преимущество нежити, но с таким противником это бы не сработало. День всегда полон звуков – животные, птицы, разумные, все они живут днём полной жизнью, днём не ожидаешь нападения, ведь всё вокруг хорошо видно, днём все чем-то заняты и даже чуткий слух лесного охотника не различит, в общей какофонии бурлящего поселения, хруст сломавшейся под ногой ветки или тихое шуршание кустов на границах лагеря. Другое дело ночь – время самых опасных хищников, время полной тишины и предельной готовности к неприятностям у вынужденных нести вахту, время, когда случайные звуки от подкрадывающихся к стенам отрядов могут быть легко замечены даже самым нерадивым троллем, просто отошедшим от хижин по нужде.
На штурм позиции Джинкрасс выделил три отряда, зашедших к храмовому комплексу с трёх направлений и проникших внутрь почти одновременно. Помимо троллей, в этих отрядах были и лучники-эльфы, не всегда живые, но на их эффективности это никак не сказывалось. К чести Сухокожих, незваных гостей они всё-таки заметили до того, как те завершили накопление сил для броска, но это вполне отвечало планам призрачного генерала.