Тиренд соскочила с тигра и подошла к помощнице. Деревянные решётки выполняющие роль одной из стен помещения для заключённых и впрямь выглядели так, будто стояли без движения уже не один год, но вот такую же решётчатую дверцу недавно открывали. Почти сросшееся дерево оставило следы на углах и кусочек мха у самого пола действительно был потревожен.
– Может быть они переводили заключённых? Эта решётка и впрямь выглядит так, что её не мешало обновить, – предположила женщина.
– Но остальные камеры тоже пусты, разве здесь не должно быть хоть кого-то? – не согласилась лучница.
– Кого, Шалдрисс? – Тиренд улыбнулась, возвращаясь к Саблезубу, – у нас не так часто случаются преступления за которые можно сюда попасть, даже Малфурион забыл об этой темнице. Не будем отвлекаться, наше время ограничено. Поспешим дальше…
Постепенно коридор становился шире, а потолок начал теряться в вышине, но светильников больше не становилось, вместо них сверху начал литься мягкий, белый свет, очень похожий на лунный и вот взору открылся гигантский зал заполненный настоящим лесом. На мгновение жрице показалось, что они вышли на поверхность, но тут два ближайших дерева вырвали из земли корни и вытянув вперёд ветви, угрожающе направились к ним.
– Энты встают у меня на пути, – чувствуя досаду выдохнула эльфийка, натягивая лук и уже видя, как за первой парой начала выкапываться вторая. – Наверняка это стража сына Кенариуса…
Стрелы глубоко впивались в древесные тела, расщепляя и измочаливая стволы, чакрумы оставляли глубокие зарубки и отсекали ветки с корнями. Истыканные как дикобразы, энты неутомимо продвигались вперёд, как будто не обращая на обстрел внимания. Но их живучесть компенсировалась их неповоротливостью и спустя несколько минут с ними было покончено.
Пока часть отряда извлекала стрелы, остальные разведали рощу, найдя единственный выход. Короткий коридор вывел к площадке активного телепорта. Как ни странно, но посланная разведка не обнаружила стражи на другом конце волшебных врат и не теряя времени жрица скомандовала двигаться дальше. За телепортом обнаружился ещё один подземный сад.
И там их уже ждали.
Выйдя на поляну Тиренд увидела Хранителя Рощи со свитой. Внешним видом он напоминал своего прародителя, лишь размером уступая Великому Кенариусу. С боков его обступали совиные медведи и несколько энтов.
– Стой жрица! Это запретное место – даже для тебя, – высокомерно изрёк сын полубога. – Здесь томится великое зло, навеки заточённое в подземный плен. И никто не смеет его тревожить!
– Иллидан был великим героем! – выкрикнула женщина. – и вновь станет им! Я верю в это…
– Ты сошла с ума! – оборвал её собеседник. – Освободив Предателя, ты погубишь нас всех! – четвероногий хранитель природы швырнул в Тиренд зелёным сгустком энергии, одновременно посылая своих слуг в атаку. Издав громоподобный рёв, совиные медведи бросились на эльфиек.
Бой вышел тяжёлым и кровавым. Деревья заполнявшие пещеру, не могли стать привычным убежищем ночным эльфам, слишком велика была в этом месте сила друида и слишком опасно было приближаться к его зелёным подопечным, каждое из которых могло в любой момент обратиться против отряда вторженцев. Могучие лунные медведи сражались как безумные, не замечая ран и засевших в глазах стрел, прорываясь к плоти врагов, а сын Кенариуса не стоял в стороне и то одна, то другая последовательница Тиренд не успевала уйти от чудовищных когтей, оказавшись связана рванувшей вверх травой.
Но спустившийся в подземелья отряд не был новобранцами. Защитницы Ашенваля никогда не учились сражаться против собратьев-друидов и священных зверей Элуны, но все последние 10 000 лет они честно охраняли рубежи великого леса и не спасовали встретив доселе немыслимого врага. Медленно, но верно противники падали пронзённые стрелами или изрубленные чакрумами, сила Верховной Жрицы текла сквозь её бойцов прибавляя им решимости и ускоряя движения, а жгучие звёзды из лунного света обрушились на тело главного тюремщика.
Он держался долго. Отчаянно, презрев кровь и предсмертные крики своих слуг, сопротивляясь сжигающему тело свету Элуны. Верные энты пытались телами закрыть своего хозяина, но лишь бессмысленно сгорали, не в силах остановить ярость Жрицы. Он ещё мог бы уйти, сбежать, закрывшись последними приспешниками, или просить о жизни – Тиренд даровала бы её, ведь его сила как никогда была нужна в войне с Легионом, но Хранитель Рощи не просил и не отступал. До самого последнего мига, когда его руку перебило пущенной стрелой, а ноги подломились от удара чакрума, он пытался нападать.