Сейдж сглотнул, пальцы сильно дрожали, когда он схватился за пояс джинсов Ксавьера и начал расстегивать пуговицу.
После того как Сейдж несколько секунд возился с молнией, Ксавьер зарычал и сделал это сам, сдвинув свои трусы и джинсы наполовину вниз по бедрам.
Сейдж уставился на сильные, волосатые бедра Ксавьера и на его толстый, длинный член, большая красная головка которого только начинала выглядывать из крайней плоти, и почувствовал, как у него потекли слюни. Он наклонился вперед, прижимаясь к складке паха Ксавьера и вдыхая. Запах Ксавьера был здесь таким густым, таким приятным, и Сейдж немного застонал, хватаясь и гладя бедра Ксавьера своими пальцами.
Он толкнул бедра Ксавьера, нуждаясь и жаждая, пока преследовал эти ароматы вдоль яиц, облизывая их. Господи, как же ему этого не хватал.
— Сейдж… черт.
Голова Сейджа была настолько затуманена желанием, что голос Ксавьера звучал очень далеко, казался как в тумане. Ксавьера дернул его волосы, чтобы он вернулся в реальность. Сейдж моргнул и застонал, нуждаясь…жаждая …
Ксавьер посмотрел на него. Сейдж смотрел на него с жадностью в глазах, и выругавшись сквозь зубы, Ксавьер схватил свой член и толкнулся в рот Сейджа.
Боже. Сейдж любил, как он заполнял его рот, любил, как пальцы Ксавьера хватали его голову, крепко и настойчиво. Он закрыл глаза и провел языком по капающему кончику, его пронзил еще один взрыв знакомых вкусов и ощущений. Прошло так много времени. Он сосал, наслаждаясь вкусом предэякулята Ксавьера, пока его мир не сузился до члена у него во рту. Ксавьер застонал, его пальцы сжались в волосах Сейджа. Сейдж сосал член сильнее, заглатывая его глубже, трахая свой рот всё дальше и дальше, его собственный член был твердым, болел и пульсировал. Этого было недостаточно. Он хотел большего. Он хотел чего-то другого.
Сейдж провел руками назад, под крепким изгибом задницы Ксавьера, чувствуя напряжение в его теле. Сейдж потянул, и Ксавьер почти потерял равновесие, член вонзился глубоко; Сейдж на мгновение перестал дышать, но звук, который издал Ксавьер, полный боли и абсолютно отчаяния, и достаточно громкий, стоил каждой боли в челюсти, стоил головокружения от дыхания только через нос, быстрого и прерывистого.
Но через мгновение — слишком скоро — Ксавьер пришел в себя, его вес исчез, вытаскивая…
Нет.
Сейдж открыл рот шире и посмотрел вверх, чтобы встретиться с затуманенными глазами Ксавьера.
Трахни меня. Трахни меня. Умолял он глазами.
Ксавьер резко вдохнул.
— Я не могу себя контролировать, - выдавил Ксавьер. - Не сейчас. Я причиню тебе боль, черт возьми.
Тогда причини мне боль.
Смотря ему в глаза, Сейдж снова потянул за бедра Ксавьера, заставляя Ксавьера толкаться между его губами, заставляя его делать это снова, сильнее, жестче, пока Ксавьер наконец не сдался — пока он держал голову Сейджа на месте, трахая его горло, жестко и быстро. Сейдж стонал вокруг члена, наслаждаясь тем, как он его растягивает, тем, как это ощущается, близким к рвоте и неспособным дышать, дрожь пробегала по его телу, заставляя его член болезненно напрягаться. Ему это было нужно. Быть использованным как вещь, как дырка. Нет…как его вещь.
Теперь толчки Ксавьера были более непредсказуемыми, но это только делало все лучше — знание того, что он уязвим, совершенно беспомощен и полностью в власти Ксавьера. Он мог задушить его — он мог сделать с ним что угодно. Это осознания заставляло тело Сейджа дрожать сильнее.
Сейдж чувствовал, что Ксавьер близок, чувствовал это в его сбившемся, безумном ритме. Он был готов, когда Ксавьер начал сильнее трахать его рот, его толчки становились неконтролируемыми, горло Сейджа растягивалось, чтобы вместить толкающийся член, который входил и выходил из него. Ксавьер крепче схватил Сейджа за волосы и вонзил свой член в его горло, вжимаясь в узкий канал; он застонал, звуча почти болезненно, и стал двигать бедрами, кончая в заднею части горла Сейджа. Сейдж жадно проглотил его семя, голодный, истощенный от этого. Боже.
С легким вздохом Сейдж позволил мягкому члену медленно выскользнуть.
Рука обняла его щеку, и Сейдж прижался к ней, как кошка, его кожа была натянутой и сверхчувствительной.
— Хороший мальчик, - прошептал Ксавьер хрипло.
Глаза Сейджа распахнулись, когда реальность обрушилась на него. Он только что отсосал у своего бывшего сокамерника посреди общественного парка, как какой-то… какой-то охотник за членами. Если кто-то это видел, если кто-то знал… если бы Лаура узнала…
Отвратительное чувство вины скрутило его живот, и Сейдж пошатнулся на ногах, раскрасневшись и все еще мучительно возбужденный.