Вот и кусты. Альберт прислушался, не зная даже, что хочет услышать.
«А может, тут парочка упала? Ну, для любви там?»
О любви парочек мальчик имел представление опять же из книг по искусству: он любил рассматривать репродукции картин, среди которых попадались весьма вольные сюжеты. Чувственность этих сюжетов Альберт ещё улавливал лишь отчасти, но поцелуй Демона и Тамары с картины Михая Зичи ему очень нравился.
«Зичи не хуже Врубеля «Демона» иллюстрировал».Альберт мотнул головой, отгоняя неуместные профессиональные мысли. Снова прислушался. «Наверное, показалось. А это что?!»
Из-за кустов раздалось какое-то омерзительное причмокивание. Первым желанием мальчика было убежать, он еле сдержал себя.
«Хотя, может, это звук поцелуя? Или ну, чего-то такого... любовного».
Альберт задумался. Окликать людей в кустах казалось невежливым. Тем более, возможно, у них там всё замечательно и никакой помощи им не требуется. Но тут мальчик вспомнил строки из недавно прочитанного «Упыря»:
«Но вы спрашиваете, каким образом узнавать упырей? Заметьте только, как они, встречаясь друг с другом, щелкают языком. Это по-настоящему не щелканье, а звук, похожий на тот, который производят губами, когда сосут апельсин. Это их условный знак, и так они друг друга узнают и приветствуют».
По спине побежали мурашки. И так слабо освещавший кусты фонарь начал мигать.
«Может, там действительно упырь? Тогда надо помочь его жертве... Или хотя бы на помощь позвать».
Мальчик решительно взялся за ветку, отодвигая её...
— Алик!
Крик Постнова напугал Альберта едва ли не больше, чем все мысли об упырях. Но в ту же секунду мальчика охватила радость.
«Он мне поможет!»
— Юрий Дмитриевич, — Альберт подбежал к крыльцу, на котором стоял Постнов. — Помогите, пожалуйста.
— Что случилось?
— Там в кустах, — мальчик понизил голос. — Мне кажется, там кому-то стало плохо. Можете, пожалуйста, проверить?
Альберт успел подумать, что мужчина посмеётся над его трусостью, но Юрий быстро положил что-то на лавку и пошёл к кустам.
— Алик, посиди здесь. На свету, хорошо? Никуда не уходи.
Мальчик послушно сел под свет переставшего мигать фонаря. Пульс никак не хотел замедляться.
«Если я ошибся, Юрий Дмитриевич может посмеяться надо мной. Ну и пусть. Он вряд ли расскажет другим об этом. За то я буду точно знать. А вдруг я не ошибся?»
Да, вдруг в кустах засел упырь-вампир и сейчас он ужинает горячей кровью своей очередной жертвы? Альберт испугался за Постнова. Он ведь пошёл на встречу с упырëм безо всякого оружия.
«А вдруг его укусят?! Бежать за ним?! Или сразу за помощью в Дружинный дом? Или я просто выдумываю».
Каждая прошедшая минута казалась вечностью.
Наконец, из кустов донёсся шум. Мальчик с ужасом взглянул на тёмные ветки. Ветки раздвинулись, и из темноты появился Постнов.
— Алик, тут никого нет.
Глава 9
Постнов отряхивал брюки от веточек и листьев.
— Наверное, какой-нибудь зверь лазил по кустам. Лиса там или куница. Не знаю местной фауны.
Мужчина сел рядом с мальчиком на лавку. Альберт старался казаться спокойным, но теперь страх уступил в его душе место радости.
«Всё хорошо. Какой я глупый. И трусливый. Но это не важно. Важно, что всё хорошо. Мне просто показалось. Это могла быть лиса. Или собака. Нашла что-нибудь и ела. А я уж напридумывал себе. Да, мама права: у меня слишком буйная фантазия».
— Алик, я подумал, что тебе может пригодиться эта вещь, — Юрий подал Альберту папку для бумаг. — Наброски складывать.
— Ого! — мальчик положил папку на колени, бережно коснувшись её кончиками пальцев. Папка была великолепна: красная, сделанная из натуральной кожи, с застëжкой-кнопкой. На ней был изображён золочëный Олимпийский мишка.
— Как красиво! — проговорил Альберт, смутившись. — Но, Юрий Дмитриевич... это слишком дорогой подарок!
— Ты его достоин, — коротко ответил Постнов. — И, Алик, мне очень нравится поддерживать увлечённых людей...
— А хотите, — мальчик повернулся к собеседнику. — Я ваш портрет нарисую. И подарю вам. На память?
— Хочу, — Юрий улыбнулся и бросил взгляд на часы. — Но сейчас уже поздно. Устроим сеанс позирования завтра. Приходи утром к беседке. Она вон там, под соснами, старая такая...
Мужчина указал рукой в сторону беседки.
— Знаю, — кивнул всё ещё смущённый и одновременно польщëнный Альберт. — После завтрака приду.
Глава 10
Альберт опасался повторения вечерней ситуации с натурщиком, но Постнов уже ждал в беседке. Мужчина умиротворëнно разглядывал стройные освещённые утренним солнцем стволы сосен. Одет он снова был официально: светло-серый костюм, белоснежная рубашка и галстук в серо-голубую полоску.