И я выскочила на улицу, где валялся мой многострадальный чемодан. Бедняга ты мой! Кто же знал, что придется тебя пять километров тащить по грунтовке? Расстегнув его, я рассчитывала быстро найти нужную мне вещицу. Но, как это всегда и бывает, ничего нужного в критический момент быстро найти не удалось.
— Да где же он? — бурчала я про себя, перетряхивая чемодан.
— Может, помочь? — сверху до меня донесся его ехидно-заботливый голос.
— Ага, можете отойти подальше: солнце загораживаете.
Разумеется, он и с места не двинулся. Стоял, склонив голову набок, и с интересом рассматривал содержимое моего чемодана.
— Вот ты где! — я радостно нащупала холодный цилиндр небольшого перцового баллончика.
Надо бы его куда поближе положить, а то вряд ли другие преступники будут так же терпеливо, как этот, ждать, пока я его найду. Я встала и направила на него баллончик.
— Все, уважаемый, игры кончились. Уходите подобру-поздорову!
Он удивленно вскинул брови, поднял руки и сделал пару шагов назад.
—Воу! Дамочка, поаккуратней с таким опасным оружием! Уеду я, уеду!
А! Испугался, поганец? И я торжествующе улыбнулась.
— Через месяц, — бросил он, разворачиваясь и направляясь обратно в дом. — И переверните баллончик, а то чего доброго еще пострадаете.
Я удивленно уставилась на баллончик. Блин! И вправду на себя его направила. Что он там сказал? Уедет? Через сколько? Месяц?!
— Эй, какой еще месяц?
Ответом мне была хлопнувшая дверь. Я стояла над развороченным чемоданом и смотрела на закрывшуюся дверь. Похоже, он не собирается отсюда уезжать. И что теперь делать? Уехать? Оставить оплаченный своими кровными дом ему? Да репу ему лысую! Это мой дом! Это мой отпуск! И я никому не позволю его испортить.
Я зашвырнула все вещи обратно и смело вошла в дом. Под удивленным взглядом мужчины затащила чемодан и поставила его в центр комнаты. Осмотрелась вокруг. Внутри дом полностью соответствовал фотографиям и даже был чуточку лучше.
Стены из круглого бруса были аккуратно покрашены, начищенный деревянный пол чуть ли не сверкал. Аккуратный деревянный потолок, с которого свисало несколько масляных светильников, не давил, хотя и был не так высок. Вдоль стен стояли деревянные лавки, застеленные плетеными половичками. На стенах несколько полок с какими-то безделушками.
Все это создавало уют и атмосферу настоящей русской избы. Но, конечно, самым главным атрибутом здесь была печка. Большая, выбеленная, с огромной лежанкой. Вот это красавица! Я даже засмотрелась. Рядом с ней на лавочке стояли начищенные до блеска медные кастрюли, сковороды, а также глиняные и чугунные горшки.
Да, вот это антураж! На фотографиях все смотрелось куда как скромнее. Из мебели был только добротный деревянный стол с лавками и большая кровать. И вот она выбивалась из общего ансамбля. Такое ощущение, что ее совсем недавно сюда поставили. Ну что же, будем отвоевывать территорию.
— Итак, уважаемый, как Вы поняли, уезжать я не собираюсь. И Вы, как я поняла, тоже не собираетесь этого делать. Так?
Он стоял, скрестив руки на груди и молча с прищуром рассматривая меня. А глаза-то все-таки голубые. Красивые. Как сегодняшнее небо. Фу ты! У меня тут межевание избы намечается, а я его бесстыжими глазками любуюсь. Соберись, Марюнь!
— Таким образом, у нас наметился конфликт интересов. Есть ли у Вас мысли, как его преодолеть? — решила я дать ему шанс.
— Конечно! — ответил он и указал подбородком на меня, а потом кивнул на дверь.
— Поняла, по-хорошему Вы не хотите. Тогда предлагаю временное решение, до выяснения обстоятельств. Разделим дом пополам и не будем друг другу мешать. Вот это будет моя половина, — я протащила чемодан к кровати и села на нее. — А Вы можете устроиться вон в том углу, — кивнула я на дальний угол, где стояли какие-то ведра и метла.
— Э-э, — он отчего-то слегка завис, а потом все же сказал: — Нет, так не пойдет. Это моя кровать, я ее сделал для себя. Давайте-ка это Вы лучше поспите, — он оглянулся, осматривая практически пустую комнату, — да вот хоть на печке. Вы все равно мелкая, хорошо там поместитесь.