Край её глаза уловил движение. В дверном проёме на мгновение мелькнула маленькая нога. Глубоко вздохнув и чувствуя, как кислород обжёг с трудом раскрывающиеся лёгкие, Алиша поспешила следом за призраком, оставив комнату на коллег. Топот детских ног вывел её в отчего-то пустующий переход в пристройку. Дверь в ту была закрыта и ребёнок отчаянно дёргал за ручку. Девушка достала свой блокнот и уже готовилась ударить призрака по голове, как тут же осеклась. Мнимый призрак, стоявший перед ней дёргал за ручку. Это был мальчик. Сощурившись, она присмотрелась к нему. Ребёнок примерно шести лет был ужасно напуган, весь в синяках и царапинах, он даже не пытался обернуться на неё и, словно в зацикленном видео, продолжал дёргать за ручку. Конечно, удар блокнотом не повредил бы мальчику, но вот тяжёлый удар взрослого человека вполне мог, да и доверия бы не прибавил.
— Эй-эй, тише, я человек, всё в порядке, — пробормотала Алиша, не зная как привлечь внимание ребёнка. Тот продолжал дёргать за ручку, но на сей раз обернулся, склонив голову на Алишу. Теперь девушка могла разглядеть полупрозрачный поблёскивающий металлический браслет на его ноге, испещрённый символами на непонятном языке. Он просто не мог выйти из дома — дух приковал его к этому месту. Чего же он, бедный, натерпелся.
— Я домой хочу! — вскинул голову мальчик и прижался к двери, чуть повиснув на той. Его губы дрожали. Было ясно, что он очень хочет разрыдаться, но запрещает себе.
— Сейчас-сейчас, — кивнула Алиша и устало улыбнулась, заодно прислушиваясь к шуму в доме. Кто-то кричал: «Давай, давай, загоняй его, суку!», а затем громкая ругань. Алиша вынула восковой карандаш и быстро нарисовала круг с тремя рунами внутри, которым коснулась браслета на ноге ребёнка. Послышался хруст, а затем браслет с шипением исчез, — Вот, смотри как замечательно. Пойдём, я выведу тебя.
Страшная мысль пронзила висок Алиши. Если она сейчас стояла рядом с живым, настоящим ребёнком, то чем было то, за чем сейчас гнались остальные? Это был определённо доппельгангер, и не один. Два, как минимум. Доппельгангеры мечтали занять место человека — выбрать для этого ребёнка было умно, можно было прожить всю жизнь, воссоздав свою личность, а не подстраиваясь под чужую. Это кровожадные твари, которые в мечте вернуться к жизни, не отступятся ни от чего. Вот они и заперли парнишку, желая полностью перенять его облик и плотность тела, а затем вернуться к скорбящей семье. Но почему двое? Одного ребёнка не хватит для того, чтобы дать жизненной энергии сразу двум духам.
Алиша вывела мальчика из перехода, возвращая через котельную в дом. Сжимая его за плечо, она слушала, как на втором этаже кто-то настойчиво требует кинуть в него коробкой с солью, потому что нога застряла в досках, а затем, внезапно, наступила тишина. И тьма.
Алиша не поняла что произошло. Когда она открыла глаза, то уже лежала на полу. На спине как будто лежало что-то тяжёлое, девушка, не обладающая выразительной мышечной массой, с трудом смогла приподняться на руках. Лицо было неприятно влажным, но вытирать его не было времени, ведь первое, что Алиша увидела — была её коллега, самая первая, с которой они сидели в столовой. Она неслась по коридору к выходу, у которого стоял перепуганный и зарёванный мальчик. В её руках были тяжёлые серебряные цепи. В пылу охоты, она наверняка приняла его за духа. Призраки умели изображать весь спектр человеческих эмоций — чуть замешкаешься и уже попался на их удочку.
— Стой, это ребёнок! — из последних сил рявкнула Алиша, с трудом отрываясь от земли и быстро поднимаясь, придерживаясь за стену. В глазах задвоилась. Напарница обернулась, и тут же Алиша побледнела, увидев, что на самом деле коллега бежала не к найденному пацану, а к его двойнику, который завязывал покрепче петлю на шее ребёнка.
Не успела коллега сообразить, как тут же что-то потянуло её за волосы обратно в комнату, из которой та и вылетела.
В панике Алиша достала свой блокнот из кармана, надеясь хотя бы отогнать ненадолго двойника от мальчишки, но едва она раскрыла блокнот, то с ужасом осознала, что восковой карандаш куда-то пропал. Захлопав себя по карманам, девушка почувствовала желание разрыдаться. Голым ударом она только повеселила бы призрака.