В принципе, от голода горожане не умрут, так как даже посреди богатых районов есть огороды, да и в остальных районах их немало. В Метцтитлане так сложилось исторически, что лучше жить рядом со своими полями, так как на протяжении веков лесные племена норовили собрать бесплатный урожай горожан. Именно по этой причине всю аграрию удалось оцепить стеной, вместе с остальным городом.
Сама стена не была готова даже на десять процентов, но Хуицилихуитл IV взял хороший темп. Оса всё это радовало, так как теперь есть ощутимые шансы на успех всего предприятия.
Со жрецами вопрос находится в подвешенном состоянии, так как они до сих пор активно обсуждают между собой новую религию. Пока что ломят реакционеры, склоняющие остальных к отказу от новой религии, но против них есть Хуицилихуитл IV, который прямым текстом заявил им, что вопрос даже так не стоит, хотят ли они принимать новую веру, вопрос стоит, как они будут её принимать.
Ос оставил эту религиозную политику профессионалам, занявшись текущими процессами.
Судьба испанцев в Теночтитлане осталась неизвестна. Никто с той стороны больше не приходит, а посылать своих гонцов Хуицилихуитл IV не рискует, так как опасается притащить оттуда ещё какую-нибудь новую заразу. Вдобавок, после страшных рассказов Оса, у бедного правителя возникла боязнь микробов. Ос когда-то знал название этой фобии, но никак не мог вспомнить. Теперь каждый день в пирамиду правителя доставляется по двадцать литров спирта, которым он взял за правило обтираться по шесть-семь раз в день. Но этого было мало, видимо на почве стресса, правитель теперь требовал у поваров тщательного отбора пищи и мытья рук в щелочном растворе.
Многого Ос сделать просто не успевал, так как времени прошло всего-ничего, но на столе в доме лежит начало проекта канализации, которую Ос совершенно не представлял как строить. Вообще, представление о системе канализации у него весьма общие, поэтому как оно всё будет работать Ос ещё не видел и не знал с чего начать.
То, что канализация нужна, он понимал отчетливо, но это не приближало к воплощению цели.
Ещё всё актуальнее становился вопрос очистки воды. Люди пили воду из реки, что и в более спокойные доколумбовы времена грозило вспышками всяких зараз, а сейчас, когда из Европы легко может приехать холера…
Ос обратился к опыту античности и на ум приходили только акведуки, но при всём уважении к великой цивилизации ацтеков, Метцтитлан не потянет такой проект в ближайшие лет десять точно. А если не решить вопрос с водой, то возможно и никогда.
Вопрос с водой завис, как и религиозный. Как с разведкой местности. Как с судьбой пациентов, число которых в Моровом районе растёт с каждым днём. Как с бронзой, которую всё ещё не удалось получить. Как с конкистадорами, судьба которых не известна. Как вообще с Испанией, которая где-то далеко за Океаном, но в то же время очень и очень близко.
Эти вопросы нужно решать, поэтому Осу есть о чём подумать сегодня вечером. Он посидит подумает, крепко сжимая в руке стакан с кукурузной водкой, которую гринго называют бурбоном…
14. Закат империи
Солнце восходило, сотрудники Освальда стояли на площади почти полностью застроенного кирпичом и деревом района и с нетерпением ждали величественного восхождения своего нового бога.
Это был первый восход, перед которым в городе не приносили жертвы. Высочайшим указом Хуицилихуитла IV, старая религия и проводимые в рамках неё ритуалы были запрещены. Люди были удивлены, кто-то был недоволен, кто-то откровенно испугался, а кто-то принял новости с облегчением.
Жрецы в предыдущий день официально приняли помазание в новую религию, хотя до этого около недели вызубривали новый материал, касающийся природы вещей, запретов и разрешений.
Верховным жрецом, официально именуемым Первым Прелатлем, назначили Куохтемока, как фигуру, одобренную Освальдом. На самом деле, Ос настоял только потому, что лично знал его и он показался более или менее адекватным человеком. Да и вообще, фигура Хуицилихуитла IV очень много значила в глазах этого ещё позавчера низшего религиозного сановника, из-за чего управлять им было легко. Да и сам Ос, перевернувший их мир, тоже занимал в его списке уважаемых людей не последнее место.
Дальше шел Второй Прелатль, коим стал бывший первожрец, известный под именем Ксипол. Мутный дядька, скорее политик, чем служитель культа, но хваткий и умеющий принимать новые правила игры. Его авторитет среди других больших жреческих шишек довольно весом, поэтому он послужит дополнительным рычагом влияния на жрецов других городов, когда придёт время распространять религию.
Дальше шли должности помельче: пентархль, тетрархль, триархль, дуархль и монархль. Ос вообще сначала не представлял, каким образом можно обозвать всяких святош. Старые наименования не подходили, так как старое нужно было забыть, потому пришлось импровизировать. Из проповедей дегенерата-священника в приюте помнилось, что существуют в католической церкви некие прелаты, но кто они и за что отвечают — для Оса до сих пор загадка. Усвоилось лишь, что должности немаленькие. А вертикаль из "архов" Ос придумал на ходу. Пента, тета, трио, дуо, моно — цифры, а архос — власть. Для местных это был набор пустых звуков, поэтому они просто приняли их.
Пентархль занимал должность в городе, тетрархль — в районе города, триархль — в крупной деревне, дуархль — в средней деревне, а монархль — в маленькой. Также, монархли формировались в качестве помощников прелатов и пентархлей с тетрархлями.
Штат жрецов Ос раздувать не собирался, строго ограничив их численность в соответствии с практической необходимостью. С низовыми функционерами пришлось с удовольствием расстаться, чему они были очень не рады, но в присутствии вооруженной охраны бастовать не решали. Угроза выселения из безопасного города, за чертой которого, по общему мнению, неизбежная смерть от голода и мора, действовала остужающе на любого недовольного.
Пациенты карантина умирали, тяжело, мучительно, несмотря на все попытки Оса хоть как-то облегчить течение их болезней. Из гуманных соображений отходящим пациентам выдавали настой трав для обезболивания. Сознание от него мутнело и человек проводил последние свои часы в бреду. Это всё, что Ос и местные целители могли сделать для них в текущих условиях.
От трупов нужно было как-то избавляться, при этом минимизировав риск заражения случайных людей. Для этого Ос распорядился мастерить гробы, которые изнутри и снаружи промазывались толстым слоем воска. Мертвецов помещали в эти гробы, затем запечатывали и перевозили в накрытых тканью телегах за город, где были построены печи крематория. Было возведено пять печей, которые за рабочую смену сжигали по пятнадцать покойников. Укладывались едва-едва, так как смертность в моровом районе была чрезвычайно высокой, несмотря на все предпринимаемые меры.
Кто-то сопротивлялся, пытался сбежать, биться с охраной, которая тоже страдала от болезней, теряя людей время от времени.
Ос не знал, что делать. Эпидемию удавалось держать буквально у ворот, но эта осада не могла продолжаться вечно. В городе наблюдается дефицит некоторых продуктов и необходимых ресурсов, слабый поток торговцев не мог удовлетворить спрос.
Из позитивного: жрецы умели убеждать, поэтому в рамках новой религии активно внедряли, под видом трактовки божественных откровений, правила гигиены. Спрос на мыльный корень рос пугающими масштабами, люди щедро тратили деньги на тазы, ванны, чистую воду и средства гигиены, так как основным способом заражения мором было объявлено проникновение его через грязную пищу и воду, грязные руки и контакты с зараженными людьми. Это нашло отклик в душе местных жителей, так как ацтекская культура и без этого поощряла чистоплотность.
Вопрос с водой в настоящий момент решался. В качестве суррогатного решения было рытьё глубоких колодцев, которых отчаянно не хватало. Пусть холера пока что городу не угрожает, но Ос что-то смутно припоминал и про другие эпидемии, вызываемые микробами в воде.