И горы отвлекали от мыслей о Корфе, от которых стало холодно и пальцы занемели. Спрятала ладони между коленей, согревая. Только холод не отпускал почему-то. И черной смородиной запахло так явно, словно перед носом поставили корзину с ягодами. Мотнула головой. Волосы рассыпались по плечам, и тошнота скрутила желудок.
Уткнулась носом в стекло, глубоко дыша. И дрожь играла с телом. Крупные капли пота скатывались по шее. Мне было паршиво, и пейзаж перед глазами размывался. И дыхнуть свежим воздухом не представлялось возможности. А запах душил, и я с трудом выдержала полет. Но перед глазами плыл туман и я не видела, куда мы сели. Задыхаясь, почти выпала из вертолета, жадно глотая воздух. Рванула ворот рубашки, тот треснул, в кулаке осталась пуговица. Согнулась, ладонями упершись в колени и глубоко дыша.
— Ир, ты как? – заботливый тон и участливый взгляд, от которого хотелось бежать без оглядки. Что же он прицепился ко мне? И я дура, согласилась на эту поездку. Лучше бы со всеми в кафе посидела да по городу погуляла. Нет же, повелась на предложение незабываемого выпускного.
— Не думала, Ямпольская, что ты такая неженка, – съязвила Зацепина. Она выглядела идеально: черное платье до колена, босоножки на шпильке и белые локоны, волнами спадающие по плечам. От идеальности замутило еще больше. Но отдышать толком мне не дали, мужики в камуфляжах поторапливали. И пришлось поторопиться. С вертолетной площадки у подножия гор нас вывели на стоянку, где усадили в черный фургон без окон. Сколько мы еще ехали – не имела понятия. Я сконцентрировалась на дыхании и все усиливающемся запахе смородины. В горле пересохло и пить хотелось неимоверно. Меня тошнило и знобило. И я не понимала, в чем причина. Юрка принимал мое состояние за что-то другое, потому что прижал к себе и шептал что-то успокаивающее. Но я не боялась, нет. Это было что-то другое, необъяснимое и неподвластное мне самой.
И я едва не потеряла сознание от духоты салона и приторно-сладких духов Зацепиной. Вынужденная остановка не понравилась нашим сопровождающим, но они позволили мне продышаться.
— Ямпольская, – бухтела Зацепина, отбиваясь от назойливых объятий Жеки, Юркиного друга, – ты нам весь кайф обламываешь.
— Да катись ты, – огрызнулась, выдохнув, и замерла.
На самой вершине окруженная темными деревьями парила крепость. Отвесные серые стены с окошками-бойницами, круглые башни, напоминающие шахматную ладью, и маленькие черные фигурки, виднеющиеся в просветах зубцов. Крепость завораживала, пугала и манила.
— Скажи, на замок Дракулы похож? – с придыханием спросил Юрка, проследив мой взгляд. Я дернула плечом. На замок вряд ли. Скорее на тюрьму.
От крепости веяло опасностью и смертью, а еще черной смородиной. Навязчивый аромат, прокравшийся из снов. Если бы не этот запах, я бы не сунулась туда. Пешком бы ушла. Но аромат не давал покоя, будоражил воспоминания, и я двинула вверх, но была остановлена хмурым водителем и возвращена в душное нутро фургона.
Я не сопротивлялась, а наоборот, не могла усидеть на месте. Нервничала, почему мы плетемся так медленно. А запах черной смородины забился в нос, перебивал тошноту. А мне не терпелось попасть в тот пугающий замок. Я не понимала, в чем дело, но меня словно что-то толкало в спину, подгоняло. Словно я могла куда-то опоздать. Или же мне снова пора навестить психиатра и пропить курс таблеток. Я поморщилась, ощутив горчеь на языке, и отодвинулась от Юрки. Тот отмахнулся от меня, нахмурившись.
Доехали мы быстро. Машину досматривали двое верзил с какими-то приборами: те пикали, мигали зелеными лампочками, – перевернули весь салон, даже коврики. Я лишь усмехалась. Странные, подозрительные типы, которые проверяют даже собственный транспорт и водителя с сопровождающим проводником.
Ничего не найдя, досмотрели нас. Сверили личности по специальным пригласительным, защелкнули на запястьях браслеты, Юрка протянул нам черные маски, купленные накануне, и лишь как мы спрятались под масками, нас вывели к проводнику.
Из смотровой мы попали в круглый двор, обнесенный бетонным забором с колючей проволокой. По периметру вышагивали охранники с автоматами через плечо. Бесстрастные и все как будто на одно лицо. Солнце лило ровный красный свет, смазывая очертания крепости и напоминая, что ночь уже близко.
К полумраку коридора все-таки пришлось привыкать. И браслет защипал кожу. Я попыталась прокрутить его, сглаживая ощущения, но холодный металл сидел плотно.
— Это чтобы никто не потерялся, – шепнул Юрка, видимо заметив мое движение. Кивнула и сжала его ладонь. Стало страшно. Особенно когда стали спускаться вниз. И к страху примешалась паника, когда из полумрака мы вышли в огромный шумный зал, напоминающий арену цирка.