— Развода? — он, кажется, не поверил. Но кивнул почему-то. И я ощутила, как внутри что-то лопнуло и жалобно зазвенело. — Ладно. Только что с этого буду иметь я?
— В смысле? – опешила от его такого легкого согласия. — Вернешься к прежней жизни, — робко предложила я.
— Это я сделал бы в любом случае. Что взамен дашь мне ты?
— Взамен чего?
— Твоей свободы, пташка. Ты же ее хочешь?
— А что ты хочешь?
— Есть у меня идея. Сделка на взаимовыгодных условиях.
И дернул же черт согласиться. Взамен на развод Марк потребовал, чтобы я разрешила ему видеться с дочками в любое время. И все. Вроде бы ничего страшного, к тому же я и не запрещала ему этого, да только он буквально поселился в моей квартире, куда нам с девочками пришлось переехать. И дня не проходило, чтобы Марк не приехал в гости. Ритка с Настей, конечно, от него не отлипали. И я с трудом сдерживалась, чтобы не поддаться их ежевечернему веселью и помириться с Марком. Но каждый раз что-то переключалось в голове, и я отступала, пряталась за обидой.
И сегодня в очередной раз ловлю себя на мысли, а стоит ли оно того? Я же люблю его до одури. Каждый вечер жду, когда он приедет или позвонит. Каждое утро мечтаю увидеть его, придя в офис. И хоть к концу дня я обычно готова его прибить, то в машине я с трудом перебарываю желание прижаться к нему, вдохнуть его запах и позволить себе сойти с ума.
Останавливаюсь на скользкой после утреннего дождя брусчатке. Странно, что она не высохла – августовское солнце по-прежнему плавит город, даже вечером не позволяя дышать полной грудью. А здесь приятная прохлада холодит ступни, и легкий ветерок тормошит отросшие волосы. До сих пор не дойду до парикмахера, чтобы обрезать их в прежнее каре. Да и когда, если мой упрямый муж, хоть и воскрес и периодически устраивал разнос на совещаниях, упрямо не желал начинать руководить самостоятельно. Большую часть суток мы проводили вместе, и я научилась сдерживать свои эмоции. Я не краснела и бледнела одновременно, когда Марк задавал мне какие-то пустяковые вопросы, не вздрагивала от его случайных прикосновений. Я умело показывала ему, какая я на самом деле Снежная Леди. Но любить его меньше я не стала. Наоборот, цеплялась за его вопросы, как утопающий за соломинку, и объясняла ему все настолько путано, что сама порой теряла нить собственных рассуждений. Я ревновала его к каждой барышне, с которой он мог заговорить или которая имела наглость флиртовать с ним. Я сводила себя с ума. И ненавидела каждое утро, когда приходилось снова и снова окунаться в это безумие под названием Марк Ямпольский. Ненавидела и с затаенным страхом ждала, когда все это закончится. Ведь должно же когда-то?
— Я конечно в хорошей форме, но бегать за тобой – та еще задачка, — голос за спиной заставляет вздрогнуть и резко обернуться. От неожиданности я поскальзываюсь на брусчатке и падаю в сильные объятия собственного мужа. А он вдруг замирает, прижав меня к себе так сильно, что вздохнуть невозможно.
— Может, хватит уже бегать от меня, пташка? — вкрадчивый шепот в самое ухо. — Два месяца – достаточный срок, чтобы меня помучить, тебе не кажется?
Я упираюсь ладонями ему в грудь, пытаясь отодвинуть, но удается лишь на пару миллиметров. С вызовом смотрю в его черные глаза.
— Ты сам себя мучишь, — в голосе лед. Все, как меня учили. — Подписал бы документы и дело с концом.
Он слегка наклоняет голову, смотрит внимательно и на губах его блуждает странная улыбка. И шрамы на лице почти не видны в сумерках. Но я знаю каждый, уже успела изучить за прошедшие два месяца. И до зуда в ладонях хочется тронуть каждый. Но я лишь закусываю губу и сжимаю кулаки.
— Ладно, — он выпускает меня из объятий, смерив долгим взглядом всю целиком и ненадолго задержавшись на босых ногах. Фыркает. — Будь по-твоему.
Вызывает водителя и через несколько минут появляется черная Тойота. Водитель, худощавый моложавый мужчина, подает Марку черную папку и ручку. Тот кладет папку на капот и легким росчерком подписывает каждый листок, а затем захлопывает папку и протягивает мне.
— Поздравляю, пташка, — и в сиплом голосе откровенная насмешка. — Теперь ты свободна.
И открывает заднюю дверцу джипа. Но оборачивается и добавляет равнодушно.
— Завтра я пришлю юристов. Твоя доля в бизнесе остается прежней. Думаю, денег тебе с дочками хватит. В офис можешь не приезжать. Благодарю за помощь.