- Вы меня не убьёте, - уверенно прохрипел он.
Силач оглянулся на советника, тот выставил перед собою ладонь:
- Пусть доскажет до конца, прошу вас.
Предатель слабо улыбнулся. За эту улыбку беловолосый встряхнул его так, что летень до крови прикусил язык. Не обращая внимания на боль, он торопливо продолжил:
- Если вы расскажете людям правду, начнутся беспорядки. Кто захочет возвратиться домой, чтобы его там объявили мятежником и казнили? И кто поверит, что ему всё простится? Впрочем, нет, не спорю - иные поверят, дураков всегда хватает. Тем не менее, я уверен, что уан Каогре очень хотел бы вернуть четыре сотни людей, на самом-то деле до сих пор ему верных.
- А какая тебе с того выгода? - резко бросил Йнаи. - Не для того ты их обманул. Или ждёшь от правителя сердечной благодарности за десяток повозок, полных награбленного?
- Я знаю, что уан Каогре меня не пощадит, - ровно ответил мятежник.
Он хотел продолжить речь, но советник не стал слушать:
- Что ж, не вижу причины, по которой мы не можем тотчас повернуть назад. Уверен, страх за собственную жизнь заставит воинов на время забыть о жадности.
- Станете пугать их местью уана за неподчинение? - усмехнулся предатель.
- Зачем же? - лицо Йнаи зеркально отразило чужую улыбку. - Войском, многократно превосходящим по силе и будто бы преследующим нас.
- Будто бы? - переспросил мятежник.
Советник осёкся на полуслове и принялся рассматривать рисунок шкуры на шее динозавра.
- Он обещал разбить нас наголову, если мы не назовём себя до рассвета, - объяснил предатель. - Но об этом известно только мне и трём десяткам доверенных воинов.
- Кто: он? - удивился Ченьхе.
- Уан Марбе, - откликнулся советник.
- И в чём беда?
- Теперь, когда вы здесь, никакой беды нет, - ответил предатель.
- Заткнись, - велел ему силач. - Йнаи, так в чём дело?
Советник искоса глянул на мятежника, и Ченьхе, вздохнув, вытолкнул того прочь из круга, защищённого динозаврами.
- Вы не можете явиться к уану Марбе, - тихо заговорил летень. - Он не поверит в столь дикую историю, зато у него появится возможность развеять по ветру не просто группу безвестных мятежников, но якобы армию самого уана Каогре.
- А что тогда делать?
- Оставить этих людей.
Силач нахмурился.
- Я должен привести их назад, раз они не предавали отца. Это целых четыре сотни воинов.
- Они обречены. Уан Марбе не из тех, кто разбрасывается пустыми угрозами.
- Нет, если я поговорю с ним!
- Он не поверит, - терпеливо возразил советник.
- Я постараюсь объяснить.
- Как бы вы ни объясняли! Ему выгодно истолковать ситуацию по-своему. Разве вы меня не слушали?
Ченьхе перестал понимать, что происходит; он качнул головой, потом ещё раз, но мысли только запутались окончательно.
- Я не вижу смысла, Йнаи, - наконец, выговорил силач. - Мы гнались за ними, догнали, узнали, что происходит. А теперь ты говоришь - бежать отсюда. Но как же можно? - он ненадолго умолк, а потом с удивлением заключил. - Получается, сюда вовсе не стоило ехать. Неужели ты знал, как всё обернётся, ещё тогда, в деревне по нашу сторону границы?
Советник не успел ответить - впереди раздались тревожные крики. Беловолосый тотчас вскочил в седло.
- Потуши лампу! - крикнул он, тщетно пытаясь что-либо разглядеть в темноте за границей освещённого круга.
К ящерам и повозкам сбивались напуганные люди. Их головы напоминали косматые гребни ночной реки. Силач оказался на одном из немногих спокойных островков среди бурлящего потока. Свет, наконец, погас, и тотчас голоса людей придвинулись, стали громче.
- Опоздали, - тихо выговорил Йнаи.
Среди рёва человеческих волн и панического шума Ченьхе расслышал его так отчётливо, словно их обоих окружало лишь торжественное синее безмолвие небес.
Последним прибыл гонец с правого фланга. Низко поклонившись вначале уану, потом старейшине своей деревни, он чётко доложил:
- Задача выполнена.
Марбе передвинул глиняную фигурку по карте и спокойно улыбнулся.
- Окружены.
Глава XI
…
- Калейдоскоп, - Келеф прищурился.
В его глазах, точно прощаясь, отразилось Солнце и погасло под ночной синью ресниц.
День сражения. Рассвет, 3 часа
Обгоняя первые солнечные лучи, из-за холмов выползла густая, подвижная масса - сотни монстров, подобные грозовой туче, питомице древних Богов. Земля задрожала сильнее прежнего под ударами лап, безмолвные склоны будто ожили. Могучая сила без разума и воли огромным облаком устремилась вниз, поднимая ураганный ветер, душивший людей клубами пыли.
Чёрно-жёлтое, многоголовое чудовище в прыжке закрыло собою небеса, отразилось в глазах воинов, скованных суеверным ужасом. Словно гигантская волна, две сотни айрер в поперечнике, оно обрушилось на них, сбило с ног и потащило в бездну.
За день до сражения. Сумерки, 9 часов
- Мы не можем атаковать! - воскликнул старейшина с грубыми чертами лица и обожжённым, шелушащимся красным лбом. - Атакующие всегда несут б?льшие потери, а у нас и без того каждый воин на счету.
- Нужно оборонять крепость! - поддержал его маленький плотный старик.
- Вот ещё! - возмущённо взревел лысый. - А что мы будем есть, когда нас осадят? Друг друга?
- Ладно - есть, - громогласно перебил его седой. - Куда раньше издохнем от жажды.
Орур с трудом перекричал все голоса:
- Уймитесь! Уже забыли об уговоре? Мы не обсуждаем приказы уана!
Старейшины загалдели наперебой:
- А он понимает, о чём говорит? Нас всего пять сотен - как тут наступать на три с половиной тысячи?
Орур с размаху ударил кулаком по огромной каменной глыбе, Данастос несколько раз окликнул людей - безрезультатно. Про уана летни и вовсе забыли: тот молча стоял у камня, скромно опустив голову и сложив руки.