«Вот так бы сидеть и сидеть, расслабившись, слушая музыку», — думала она. Вставать и идти танцевать ей уже совершенно не хотелось.
— Ну, я смотрю, ты готова, — усмехнулся Ману. — Хочешь, я тебе прибавлю кайфа? Чтобы расслабуха была полной.
— Как? — не поняла Лиза.
— Очень просто.
И Ману достал из кармана джинсов, туго обтягивающих его мускулистые ноги, спичечный коробок. Лиза с любопытством заглянула внутрь и увидела какую-то травку.
— Марихуана, — пояснил Ману. — Сен-Семилья — самый лучший сорт. Попробуешь?
— Но ведь это же запрещено! — испугалась Лиза.
— Не смеши меня. Да тут за каждым столиком ее курят. Принюхайся.
Лиза втянула носом воздух и явственно почувствовала, что к запахам табака и разгоряченных молодых тел примешивался еще какой-то довольно приятный и щекочущий нос аромат. Она заметила расслабленные позы сидящих за столиками ребят, их странно блестевшие глаза и блуждающие улыбки.
— Ничего тут опасного нет, все плюют на эти запреты, — негромко говорил Ману, пока его пальцы ловко скручивали самодельную папиросу, — это же не ЛСД. Вот за него действительно могут быть неприятности. А травка? Так, детские забавы. Ну что, рискнешь попробовать?
«А почему бы и нет? — подумала Лиза. — Развлекаться так развлекаться», — и кивнула головой.
Ману раскурил папиросу, несколько раз глубоко затянулся и протянул ее Лизе. Она попробовала сделать затяжку, но ее тут же начал сотрясать приступ удушливого кашля. Лиза никак не могла проглотить едкий дым, заполнивший рот.
— Да не кашляй ты, — смеялся Ману, — у тебя же все назад выходит. Первый раз вижу девушку, которая не умеет курить. Глотай дым, сделай усилие, потерпи, сейчас легче будет.
Лиза сдерживалась изо всех сил, пока у нее не зазвенело в ушах. Ману опять протянул ей папиросу. Вторая попытка оказалась удачней, курить стало значительно легче. Но кроме легкого опьянения, Лиза пока ничего не чувствовала. А Ману между тем сидел с такой довольной физиономией, что Лиза могла ему только позавидовать. Она с улыбкой разглядывала его черное лоснящееся лицо с широкими чувственными губами.
— Кайф! — широко улыбнулся Ману. — Ну-ка, допей свой джин.
Лиза не стала возражать и послушно осушила бокал. Незаметно для себя Лиза оказалась во власти мрачного обаяния этого парня. Сейчас она смотрела на него и ждала, что еще он скажет ей сделать.
— Ну вот, тебя уже растащило, правда?
Его слова словно послужили сигналом. Лиза прислушалась к себе. Совершенно неведомые доселе ощущения охватили ее. Она словно бы грезила наяву, видела прекрасный сон, которым сама же могла управлять. Лиза не могла сейчас с уверенностью сказать, слышит ли она музыку на самом деле или она звучит у нее в голове.
— Молодец, — Ману одобрительно похлопал Лизу рукой по голой коленке, и это прикосновение волшебным образом отозвалось во всем ее теле. Лиза хотела бы попросить его не убирать руку, но язык не слушался ее. — А теперь мы опять пойдем танцевать, — сказал Ману, поднимаясь.
— Да ты что, — пролепетала Лиза, — я и с места-то сдвинуться не могу, не то что танцевать.
— Это тебе только так кажется, к этому часу все уже обкуриваются, поэтому включают медленную музыку. Пойдем, нас ждет еще целое море удовольствий.
5
Ману удалось-таки оторвать разомлевшую Лизу от стула и вытащить в зал. Свет сделался не таким ярким, да и танцующих явно поубавилось, а те, что остались, медленно кружились в танце под тягучую, сладкую музыку. Ману крепко прижал к себе Лизу, так, что та ощутила жар его мощного тела, почувствовала специфический пряный запах черной кожи. Объятия Ману делались все теснее. Его сильные руки умудрялись обхватывать сразу все ее хрупкое тело. А Лиза расслабилась настолько, что не могла да и не хотела сопротивляться Ману.
— Какая же ты маленькая, — прошептал он и слегка согнул ноги в коленях.
Теперь их животы почти соприкасались. Он обвивал ногами ее голые ноги, и грубая ткань его джинсов терлась о ее гладкую кожу. Ману накрыл ее ягодицы своими широченными горячими ладонями и очень крепко прижал Лизу к себе. Замирая от сладкого ужаса, девушка почувствовала, как набух его член, как он рвется наружу сквозь все препятствия, разделяющие их. И Лизе это было приятно: она сладко улыбнулась, видя, как тело Ману хочет ее. Ее тело тоже горело от желания. Именно тело, ведь ее голова сейчас почти совсем не работала. Изредка будто что-то включалось в ее сознании, Лиза видела себя со стороны в этом полутемном зале, в объятиях полузнакомого негра. И то, что раньше ужаснуло бы ее, теперь лишь представлялось милым развлечением.