Спустя пять с половиной часов, уставшая, но довольная проделанной работой, Янгхэ выходит из квартиры Марины и выбрасывает зараженный спорами мусорный пакет в контейнер у дома.
Второй пакет с униформой и перчатками, которые уже колонизировали споры, отправляется в химчистку на другом конце города, туда, где находится офис клининговой компании.
Глава 13
Волшебные руки Пабло порхают над измученной спиной и я жмурюсь от удовольствия, пряча улыбку в овальном отверстии массажного стола. Мужские пальцы без жалости давят и мнут ноющие мышцы, причиняя боль, терпеть которую на удивление приятно.
А, может, я просто превращаюсь в мазохистку?
Пабло вздыхает и на родном кубинском изрекает что-то типа “мама дорогая, бедная моя ласточка!”, а я ерзаю, потому что грудь в месте укуса болит и, чтобы минимизировать дискомфорт, обхватываю ее ладонью, смещая вес тела на бок.
- Carino mio! - Пабло бурчит недовольно, вынуждая вернуться в исходное положение.
- Прости, милый, продолжай, - он игриво шлепает меня по бедру и капает маслом на разгоряченную массажем спину.
Кубинец сегодня наглеет, но сил играть в обиженку нет. Когда-то я хотела сделать его своим любовником, но Света вмешалась, рассказав душещипательную историю об “испанской ревности” и ее последствиях.
При том что сам Пабло верности пассиям не хранил, я решила не искушать судьбу и спустила затею на тормоза. С тех пор мы играем в игру “Принц и Недотрога” и, в общем, обоих это устраивает.
Пабло, словно прочитав мои мысли, разминает плечи, касаясь подушечками пальцев ушей и корней волос у основания шеи, чем вызывает толпу мурашек по всему телу, и, обойдя синяки под лопатками, до хруста проминает линию позвоночника. Как же хорошо!
Кажется, он знает мое тело лучше, чем я сама.
Клэр, а по паспорту просто Светлана, пепельная блондинка, заряженная ботоксом и силиконом, нитями и филлерами, тратящая в месяц на уходовые процедуры бюджет какой-нибудь страны третьего мира, дочь металлургического монополиста и моя лучшая компаньонка, лежит на соседнем столе и стонет от удовольствия.
Мама любит повторять, что у людей нашего статуса нет друзей – только завистники, враги и… компаньоны, статус которых одинаково высок и сферы интересов бизнеса не пересекается.
В конце концов, для высшего общества коварство – это проявление агрессии у людей с хорошими манерами. Что именно мама вкладывает в понятие «высшее общество», для меня по сей день загадка, но, так или иначе, коварством Клэр владеет в совершенстве.
Я тоже не лыком шита, но больше в части распределения капиталов и повышения прибыли, привлечения новых клиентов и тому подобных вещей. На этом мы и сошлись - Клэр первое лицо социальной жизни компании, а я - лицо официальное.
Две волевые, бескомпромиссные и целеустремленные молодые хищницы.
Для меня Клэр - это пропуск в лучшие заведения столицы.
Для Клэр я… а впрочем, какая разница, зачем я ей нужна, если мои потребности она покрывает полностью.
И, что немаловажно, мы не просто прекрасно понимаем друг друга, но сходимся в самом главном - у нас разные вкусы на мужчин.
И это для наших отношений скорее плюс, чем минус.
Я встречаюсь с Клэр глазами.
- Не начинай, - отвечаю, закатывая глаза.
- А я предупреждала, - она пожимает плечами и закидывает руки под голову, чтобы Пьеру было удобнее разминать ее шею.
- Все, вариант получил свои отступные, - вспоминая удивленный взгляд Витали, не могу не рассмеяться и пересказываю случившееся Клэр.
- Да ладно! – история его унижения явно доставляет ей удовольствие. – Поэтому ты такая помятая?
- Можно и так сказать, - воспоминания об Игоре портят настроение и я отворачиваюсь, пряча лицо в отверстии массажного стола и закрывая глаза.
Интересно, Янгхэ уже прибралась?
Возвращаться домой нет никакого желания и я планирую провести вечер в компании Клэр, о чем ей и говорю.
- Отлично, сегодня поедем в Пульс.
Пульс – это закрытый клуб для самых-самых. Чтобы получить туда доступ, недостаточно иметь счет в швейцарском банке и безлимитную кредитку. Нужно нечто большее – персональное приглашение.