Кладет на край стола и медленно сдвигает в сторону Перова. Игорь видит, что на обложке имя автора заклеено малярным скотчем, поверх которого черным маркером написано “И. Порох”.
Перов тоже это видит и его лицо приобретает землистый оттенок.
А споры на руках Игоря вдруг начинают неистово чесаться. Так, как бывает только при острых приступах голода… или агрессии. Он сжимает предплечье свободной рукой и ловит на себе ее взгляд.
Обескураженный, неверящий и счастливый до боли в сердце.
-Эй, чувак, а это не твой худи? - парень позади Кудряшки толкает друга в бок и они вдвоем оборачиваются на пустые ряды стульев, где на спинке висит брошенный Игорем светоотражающий жилет.
- Ах, ты, говнюк! Он украл мою одежду!
Руки горят огнем.
Игорь отступает на шаг, уже зная, что сейчас библиотекарь обернется и два охранника, что стоят за ее спиной, попытаются его скрутить. А еще он знает, что когда обернется Перов, в его глазах промелькнет ужас по силе сравнимый с радостью, что он увидел в глазах девчонки минуту назад.
Что Кудряшка поставит подножку парням, которые захотят вернуть свой худи, и один из них разобьет лицо о край стола. И еще много-много другой, бесполезной информации, которую в каком-то безумном порыве опять начали транслировать в его голову споры.
Игорь разворачивается и, опрокинув рекламный штендер, выбегает из аудитории. Через пять минут он уже пересекает проспект, через десять - здание библиотеки превращается в размытое пятно за его спиной.
Игорю не нужен компьютер и интернет - библиотека дала ему гораздо больше, чем он мог рассчитывать.
Теперь у него есть Кудряшка.
Глава 25
Домработница приходит за пять минут до назначенного времени, но Марина открывает только после третьего звонка. Сонная, в наброшенном кое-как халате, она проводит женщину на кухню, совершенно не стесняясь двух пустых бутылок просекко на барной стойке.
- Начните отсюда, еда в холодильнике, - Марина зевает и трет черные от осыпавшейся туши глаза. - Пока я буду в душе, приготовьте завтрак. И кофе. Черный со сливками и двумя кубиками сахара. Если справитесь, считайте, что работа ваша.
Ответа она не ждет - поднимается на второй этаж и, сбросив халат на пол, как вторую кожу, включает душ. Голова тяжелая, но сегодня важный день, и ей нужно быть в офисе не позже двенадцати.
Дяде она так и не перезвонила. Но бизнес есть бизнес и конфликты интересов между близкими родственниками могут и подождать.
Утренний марафет занимает чуть больше часа и к завтраку Марина спускается при полном параде: люксовое платье цвета фуксии, босоножки и маленькая сумочка, в которую только новый телефон и помещается.
Волосы собраны в высокий пучок, а макияж специально выбран максимально кричащий.
Как и ее настроение.
Домработница тоже без дела не сидела. Пока Марина приходила в себя, переоделась в рабочую униформу и повязала фартук, что принесла с собой, так как у хозяйки квартиры таких вещей отродясь не водилось.
Марина пододвигает стул и садиться. Пустых бутылок на стойке нет. А вот глазунья на два яйца с жареным беконом, салат из свежих овощей, два тоста и кофе, чей аромат сводит с ума и заставляет желудок болезненно сжиматься, есть.
- Приятного аппетита, - домработница ставит рядом с Мариной блюдце, на котором лежат две капсулы - судя по форме и цвету, средства от похмелья.
- Спасибо, - она делает глоток.
Кофе не горячий и не холодный, а именно такой, как она любит. И божественный на вкус, впрочем, как и завтрак. Пока Марина ест, женщина занята делом: загружает в посудомоечную машину грязные тарелки.
“А она неплохо освоилась на моей кухне” - думает Марина, а вслух говорит:
- Меня не будет дома до вечера. Можете пока осмотреться и навести порядок наверху. Ваша комната по коридору направо. Если что-то понадобиться, дайте знать водителю, вот его номер.
- Я вас поняла. Что приготовить на ужин? - спрашивает женщина и Марина задумывается.
- Хочу лазанью. Настя, вы не против, если я буду звать вас по имени? - Марина спрашивает, но по тону голоса понятно, что мнение женщины на этот счет ее мало интересует.