— Да. Пока…
— Пока никто не против, — закончил за неё Андрей и довольно хмыкнул. — А ведь никто и не против! Так что, не переживай, милая.
После «милой» она изловчилась и двинула ему по лодыжке. Жданов чуть водой не поперхнулся, но от болезненного возгласа, и даже укоризненного взгляда, удержался. И только Александр Юрьевич в ладоши пару раз хлопнул, аплодируя.
— Молодцы. — И тут же поинтересовался: — Пал Олегыч, неужели вы не понимаете, что всё это было задумано специально?
— Саша, прекрати, — торопливо шикнула на него Маргарита, а к сыну и невестке стала присматриваться внимательнее, будто пытаясь разгадать какую-то тайну.
— Может, мы уже начнём? — недовольно проговорила Кира, открывая папку с отчётом. — Или ещё раз поздравим Катерину Валерьевну с назначением? Слишком часто это происходит, на мой взгляд…
— Некоторые умеют устраиваться, — хмыкнул Милко, развалившись на стуле.
— Так, всё, начинаем, — командным голосом произнёс Андрей, надеясь пресечь тем самым все лишние разговоры.
— Она что, не уходит? — это было первое, что услышала Катя после окончания Совета. Как возможность уйти представилась, она из-за стола поднялась, из зала вышла, и вот тут услышала голос Киры. Возмущённый громкий шёпот, он прозвучал требовательно, вот только никто ей не ответил. Да и Катя не желала слышать эти ответы, громко стуча каблуками, прошла по приёмной, мимо Вики, которая проводила её выразительным взглядом, не удержалась и хлопнула дверью. Хотелось остановиться, затопать ногами и придумать для мужа какое-нибудь по-особенному оскорбительное прозвище. И мало того, что придумать, а ещё прокричать его на всё «Зималетто», чтобы все знали, как она на него зла. А она зла! Зла, потому что он поймал её в те же сети, что и она его когда-то. А она глупо попалась. Из-за страха, что родители её осудят — а они осудят! — если узнают правду. Что их дочка, любимая и невинная, шантажом заставила начальника на себе жениться.
Если бы она была очень смелой и безрассудной, какой планировала стать после замужества, она, наверное, могла бы не обращать внимания на слова родителей, но она такой так и не стала, поэтому и оказалась в такой ситуации.
— Ты нечестно со мной поступаешь, — сообщила она мужу, когда он зашёл к ней час спустя. Сотрудники разошлись на обед, офис затих ненадолго, а Катя предполагала, что её пригласят на семейный обед в конференц-зал, вот только идти ей совсем не хотелось. Но как откажешься?
Андрей вошёл, дверь легко толкнул, чтобы та прикрылась, а на жену взглянул якобы удивленно.
— Ты о чём?
— Ты пользуешься моей любовью к родителям, нежеланием их расстраивать.
— А разве ты этим, в своё время, не воспользовалась? — Андрей наклонился к ней. — Или думаешь, я родителей не люблю?
Катя подняла на него глаза.
— Андрей…
Он умудрился поцеловать её в губы, прежде чем она успела отстраниться.
— Прекрати!
— Да я ничего не сделал.
— Всё ты сделал. Я хочу развестись!
Жданов смешно скривился и головой качнул, явно не веря её словам.
— Я хочу, — повторила Катя, как можно увереннее.
— Почему?
— Что значит, почему?
Он стол обошёл, присел перед Катей на корточки и ухватился за ручки её кресла, не позволяя ей откатиться подальше. Катя неуютно заёрзала, попыталась колени в сторону развернуть, чтобы от Жданова подальше, потом в макушку его ладонью упёрлась, когда он носом попытался под подол её юбки зарыться.
— Прекрати немедленно, — шикнула она на него. — Я пытаюсь говорить с тобой серьёзно, а ты… Андрей, в конце концов. Иди уже обедай!
— Сейчас пойдём.
— Я не пойду. Жданов!
— Я тебе говорил, что не люблю, когда ты меня по фамилии называешь?
— Нет, но теперь я буду знать… — Принялась бить его по рукам, которые полезли, куда не нужно. — И называть тебя буду только так! — А когда окончательно выбилась из сил, выдохнула ему в лицо. — Всё равно разведусь с тобой! — Сдула с раскрасневшегося лица прядь волос, и стукнула мужа по спине, когда он ей рот поцелуем закрыл. Потом ещё раз стукнула, потом забыла об этом.
— Вернёшься домой, — сказал он ей. — Завтра же.
Катя глаза открыла и заморгала в растерянности. Она уже не в кресле сидела, а на столе, одежда в беспорядке, губы горят, рука Жданова где-то под её юбкой, а она пытается понять, как всё это произошло, и не понимает. Всего-то минут десять прошло, как он в её кабинете появился, а уже приказы отдаёт, и таким тоном, будто не сомневается, что она подчинится. А она даже ответить ничего не может, потому что, каждый раз, как рот открывает, он начинает её целовать. Оттолкнуть его попыталась, но Андрей схватил её за руки, и повторил: