После обеда все собрались в конференц-зале, обсудить подготовку к показу. Говорила в основном Кира, у неё было много предложений и идей, Андрей слушал и кивал. А когда Катя осторожно Киру перебивала, намекая, что нужно думать о бюджете, смотрел на жену вопрошающе, а Воропаева одаривала Пушкарёву недовольным взглядом, словно та ей каждым своим словом кислород перекрывала. В конце концов, заметив, что Катя снова собирается что-то Кире наперекор сказать, Андрей накрыл руку жены своей ладонью и чуть сжал. Она послушно промолчала, но взгляд был весьма выразительный.
— Что ты взъелась на неё, — удивился он, когда все начали расходиться. На кресле развернулся и на Катю посмотрел. — Слова ей сказать не давала.
— Зачем говорить о том, на что у нас нет денег?
Андрей хмыкнул.
— Обычно это я говорю: на это денег нет!
— Ты говоришь в целом, а я в частности. Мы не можем позволить себе настолько развёрнутую рекламную компанию.
— Вообще не можем?
— В данный момент.
— Точно не можем?
Катя непонимающе посмотрела.
— Ты о чём?
— Ну… Не совсем понимаю, для кого ты экономишь.
— Андрей, надеюсь, ты не серьёзно говоришь.
— Я не говорю, я спрашиваю.
— Да? — Катя поднялась и посмотрела на него сверху вниз. — Тогда я отвечаю: нет! Я не для себя стараюсь, а для «Зималетто».
— Хорошо, если так.
Катя кивнула.
Дверь конференц-зала распахнулась, Малиновский стремительно вошёл и сходу начал:
— Палыч, есть предложение на вечер!.. — Увидел Катю и замолк. Только поинтересовался: — Ты ещё здесь?
— Нет. Меня уже нет! — окончательно разозлилась она. Захлопнула папку с документами и направилась к двери, громко стуча каблуками.
Рома плечами передёрнул.
— Меня чуть не сдуло, когда она дверью хлопнула. Поругались, что ли?
— Нет. Но благодаря тебе, думаю, меня это ожидает.
Рома присел на соседнее со Ждановым кресло, пристроил локоть на столе.
— У вас что, горячка началась?
— Кажется.
— Андрюх, надеюсь, ты понимаешь, что это не есть хорошо?
— Как никто. — Ручку на стол бросил. — Так что ты там говорил? Про вечер?
Рома усмехнулся.
— А ты уверен, что тебя это интересует?
— Если я ещё один вечер проведу дома, я Катьку убью. Так что, лучше куда-нибудь подальше. От греха.
— Да, да, от греха. Придёшь поздно, она уже спит, а ты к ней под бочок. — Рома ухмыльнулся и охнул, когда Андрей, не глядя, ударил его кулаком в грудь. — Покалечишь же, — пожаловался Малиновский, потирая грудь, а Жданов кивнул.
— Я и хотел.
Андрей поднялся, открыл дверь в свой кабинет, и Рома за ним поспешил, рассказывая, кто их ждёт вечером и где.
Катя новость о том, что домой он с ней не собирается, восприняла почти равнодушно. Только попросила не шуметь, когда вернётся, и мешком в постель не валиться. Андрей лишь мстительно ухмыльнулся, глядя на жену в тот момент, когда она это говорила, и руки в карманы брюк сунул, на пятках качнулся.