Он подошёл и нетерпеливо отвёл её руку от лица.
— Хватит. Посмотри на меня, — схватил её за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — Не смей больше никогда так делать. Поняла меня? Я чуть не рехнулся. Думал, тебя убили где-то. — Он руку свою убрал, но взгляда с лица жены не сводил. — А она с Севой напивается, — в негодовании выдохнул он. — У тебя стресс, как я понимаю?!
Катя обиженно нахмурилась, отвернулась от него.
— Не кричи на меня. — Вытерла губы и выдохнула. Андрей нависал над ней, кричал, давил на психику, и её, наверное, от этого всего начало подташнивать. Ещё десять минут назад, за дверью квартиры, чувствовала себя прекрасно — легко и раскованно, а как только мужа увидела, так ей сразу стало не по себе. Замутило, она задохнулась и стала спотыкаться на ровном месте, вот и поторопилась на диван сесть.
— На тебя не кричать, тебя выпороть надо. Тебя Валерий Сергеевич давно не порол, мне начать?
Катя махнула рукой, но получилось не в ту сторону.
— А у тебя нет… морального права поднимать на меня руку.
— Чего у меня нет? — всерьёз поразился Жданов.
Катя примолкла, соображая, мысль куда-то улетела, и Пушкарёва расстроилась.
— Тебя же не было дома, — сказала она, оправдываясь.
— И что? Это повод тоже дома не появляться? Я, милая моя, в три часа ночи не являюсь. А ты догадалась, — Жданов в сердцах себя пальцем по лбу постучал, — с Севкой коктейли распивать!
Он к этому моменту диван обошёл, встал перед ней, а Катя, сама того не ожидая, уставилась на пряжку его ремня. Большая, сверкающая, и больше всего в ней Катю собственное отражение заинтересовало, она руку подняла и пригладила волосы, а Жданов вдруг насторожился.
— Куда ты смотришь?
Она глаза к его лицу подняла, Андрей встретил невинный взгляд, и понял, что Катя вряд ли слушает и уж точно не понимает, что он ей говорит. Руки в бока упёр.
— Иди спать, — проговорил он глухо. — Я с тобой завтра поговорю. — Но успокоиться всё равно не смог, и продолжил: — Я пришёл… после встречи, а тебя нет. Это ещё тебе повезло, что я твоим родителям не позвонил, хотя думал, что ты у них ночуешь. А если бы я позвонил, они бы сейчас здесь были, и ждали тебя с милицией. И тогда бы ты мне сейчас не улыбалась.
— Андрей, я не улыбаюсь. — Катя к этому моменту уже устала — и слушать его, и пытаться что-то объяснить. Часы, действительно, показывали половину третьего ночи, Катю по-прежнему мутило, голова начала болеть, а непрекращающиеся нравоучения Жданова утомляли. Попыталась встать, навалившись на подлокотник. Андрей наблюдал за ней с раздражением и нетерпением, потом подхватил под мышки и поднял на ноги. Катя ненадолго оказалась в полной его власти, повисла у Жданова на руках, а когда он её поддержал, приобняв за талию, поторопилась отодвинуться. Пошла в ванную, на ходу расстёгивая пиджак делового костюма. Шла медленно, зато осторожно, чувствуя спиной пристальный взгляд мужа. И уж совсем не ожидала, что Андрей ей пижаму принесёт. Дверь в ванную без стука открыл, когда она умывалась, повесил штаны и майку на крючок и вышел, хлопнув дверью. А Катя осталась стоять, только после его ухода подумав, что, наверное, нужно было рукой грудь прикрыть, а не стоять перед ним в нижнем белье в полной прострации.
Больше ни слова друг другу не сказали. Катя первой легла в постель, под одеяло залезла и натянула его до самого носа, глаза закрыла, чувствуя, что проваливается в сон. В висках стучало, перед глазами какие-то круги плыли, хотелось отключиться, а завтра проснуться бодрой, здоровой и больше никогда не пить так много. И как Сева её уговорил? Он делал ей коктейли, какие-то удивительные, она никогда ничего подобного не пробовала. И в клубе таком никогда не была. Дамочки из женсовета пару раз приглашали её отдохнуть, но заведения, которые они посещали, разительно отличались по уровню. У Севы же всё было продумано, как он сам говорил «по-взрослому», то есть дорого. Поэтому и публика в его клубе сильно отличалась, Кате было любопытно наблюдать за богатыми людьми, а то и известными личностями, которых она до этого лишь по телевизору видела или в журналах о них читала. А Сева со всеми общался запросто, но весь вечер провёл с Катей, сам смешивал ей коктейли, и больше не расспрашивал о её жизни с Андреем. Рассказывал о клубе, всякие интересные истории и казусы, о своём путешествии по Европе в юности, о своём хобби — придумывать новые коктейли. Надо сказать, что за вечер он сам опьянел, своим примером показывая Кате, как нужно пить. В итоге, домой она отправилась на такси, лишь в половине второго ночи спохватившись, что неплохо было бы оказаться дома раньше Андрея. И была уверена, что так и будет. А он раньше вернулся, устроил ей скандал и теперь ходит по квартире, топает и дуется на неё. Но сейчас Кате было не до его обид. Хотелось уснуть, чтобы её не мучила головная боль и тошнота. Кажется, с алкоголем она сегодня на самом деле переборщила.