Ну да. Наверное, вредно. Но до чего же вкусно!
Она отправила в рот немного лука вслед за одним из хрустящих ломтиков. «Это нектар богов!» - так всегда говорил её отец, отведав что-то необычайно вкусное.
- Зина! Я такой вкусной картошки никогда не ела! – Зажмурившись от удовольствия, заявила Ольга. – А вместе с жареным луком – это же чудо как вкусно!
- А я тебе сейчас ещё наливки моей налью. – Дюймовочка подмигнула.
Она поставила перед Ольгой и собой по маленькой рюмочке, буквально на один глоток. Извлекла из холодильника бутылку из-под водки, наполненную какой-то темной и густой, даже на вид, жидкостью. Аккуратно наполнила рюмки.
Сразу запахло летом. Аромат вишни был таким ярким и осязаемым, словно Ольга только что съела терпкую, кисловатую, но очень сочную ягоду.
- Ну что, с праздником! Поздравляю нас, женщин, с международным женским днём! Ура, товарищи! – Зина слегка «чокнулась» своей рюмкой с Ольгиной.
- Ура! – весело улыбнулась Ольга и осторожно пригубила наливку. Она была легкой, алкоголь чувствовался, но по крепости Зинино творение напоминала вино. Но вкус…
Эх! Тонкий, нежный аромат спелой вишни нельзя было не узнать. Наливку хотелось смаковать долго, по малюсенькому глоточку. Она была густая и темно- рубиновая на свет.
Чай они пили уже в комнате Зины, устроившись на диване.
Разговор начала Зина.
- Ну что, давай, выкладывай, что у тебя случилось. Не бойся, говори, как на духу. Я сама женщина не безгрешная, чтобы других осуждать.
Ольга вкратце поведала о своем замужестве. В рассказе она постаралась смягчить все подробности, и даже как-то выгородить временами Игоря. Не специально – это происходило само собой. Она уже четко осознавала, что неправильно поступал именно Игорь, но сейчас за его поведение было перед Зиной стыдно именно ей, Ольге.
Из-за этого её рассказ получился ещё более впечатляющим, потому что в конце него Зина, озадаченно наморщив лоб, протянула: «Ну и делаааааа…»
Ольга неловко разгладила ладонью невидимые складки на плюшевой скатерти.
- Ну вот. Я теперь не знаю, как дальше быть. Вернее знаю, но страшно мне. В городе я одна, к родителям поехать не могу. Жилья тоже нет. Есть прописка, но жить под одной крышей с Игорем для меня уже невозможно. Боюсь, что он очень ловко задурит мне снова голову, и я снова его прощу. А я не хочу быть вещью или «ковриком в прихожей».
Ольга пожала плечами, задумчиво уставившись в одну точку.
Дюймовочка устроилась поудобнее, укрыла ноги пледом. Диван невольно скрипнул под её большим телом.
- Мне сложно судить, Оля. Я, конечно, дама пожившая. Мне уже сорок пять стукнуло. Муж мой покойный, Николай, был на 15 лет меня старше. Но он золото был, а не человек. Я от него за всю жизнь ни разу слова дурного не слышала. Спорить – спорили мы с ним, бывало. Но чтобы он меня вот так унизил хоть раз, как твой Игорь с тобой поступал – такого я даже представить не могу. Жалею только об одном, что ребеночка нам Бог не дал. Ушел мой Николай быстро. Инфаркт. Врачи сказали – сердце у него больное было с детства. А ведь 54 года всего ему было…
Зина тяжело вздохнула и перевела взгляд на стену. С небольшой черно-белой фотографии в простой деревянной рамке с траурной лентой смотрел на жену и Ольгу симпатичный мужчина лет сорока, с крупным широкоскулым лицом и ямочкой на подбородке.
- Я так понимаю, в профком тебе обращаться бесполезно. – Зина посмотрела на молодую женщину. – Ты замужняя и прописка у тебя имеется. Общежитие не выбить. Я так тебе скажу: если надумала уходить – уходи. Не прыгай туда-сюда, как некоторые делают.
Она помолчала.
- Мне мой Коля всегда говорил: «Если есть решение, то надо ему следовать». Я так и живу. По его словам.
- Я решила, Зина. Не такой у меня характер, чтобы взяться взрослого человека перевоспитывать. Тем более, такого, который этого не хочет. А жить так, как желает Игорь - я не смогу. Хочу нормальной жизни. Знаешь, как он ждёт меня с работы?
Ольга невольно поморщилась.
- Я ведь позже него прихожу со смены… А он следит по наручным часам. Ровно в 20 часов 30 минут я должна быть дома. Стоит мне задержаться хотя бы на пять минут - устраивает истерику. С обвинениями в том, что я «пропащая», «гулящая» и ещё с кучей подобных эпитетов. И эти пять минут я непременно с любовником провела. Ну да. В марте месяце, в луже, в кустах у подъезда.
Ольга грустно усмехнулась от собственной иронии.
- Во внимание не берется то, что автобус может сломаться, выехать от проходной позже, застрять на переезде. Я не могу даже зайти в магазин! Я должна нестись домой, сломя голову, даже бегом! Иначе человек, который меня якобы «любит», будет готов обозвать меня последними словами. Что же это за «любовь» такая получается?