Пёс при этих словах гордо приосанился.
- Но мне очень нужно домой. Верочка наверняка плачет. Да и хозяева расстроены, я точно знаю.
- А что нужно от меня? – Байкал даже приподнял одно ухо, так внимательно прислушивался.
- Можешь сделать так, чтобы хозяйка открыла дверь на улицу? А потом, когда я прошмыгну к забору, отвлечь её, чтобы у меня было время убежать, а она бы этого не заметила?
- Могу. Но ты хорошо подумал?
- Да! – Я твёрдо махнул лапой.
- Тогда жди утра. Как услышишь, что я громко лаю без остановки – дуй со всех лап к двери. Это будет означать, что хозяйка забыла дверь закрыть. И сразу через забор. Я её отвлеку.
- Договорились!
На этот раз я очень аккуратно спрыгнул с форточки, прокрался в коридор и улегся в своей корзинке. Я сидел там всё утро и почти весь день, только пообедал как следует. Кто знает, когда мне в следующий раз доведется набить толстенький животик. Что и говорить, раздобрел я на домашних сливках да сметанке…
Наконец, почти на закате, я услышал, как громко лает Байкал. Сердито-сердито, словно в дом лезли воры. Женщина, охнув, выбежала на крыльцо, и… О, чудо! Дверь на крыльцо осталась приоткрытой.
Пёс не обманул!
Я пулей метнулся в щель, ужом протиснулся между столбиков крыльца, не чуя под собой лап, взлетел на невысокий деревянный забор.
- Барон, куда?! – женщина всплеснула руками и кинулась за мной.
Но тут из будки выскочил Байкал. Какой он всё-таки был огромный!
Он опередил женщину и перегородил своей тушей единственную тропинку, ведущую к калитке, расчищенную от снега.
- Беги! – Коротко рыкнул он мне.- Как тебя зовут на самом деле?
- Тимофей! – Я спрыгнул с забора. – Но друзья зовут меня Тимошкой!
- Прощай, Тимошка! – Пёс всё ещё не давал женщине дойти до калитки. – Желаю быстрее добраться до хозяев!
- Спасибо!
И я припустил по длинной и прямой, как стрела, улице.
***
Добирался домой я долго. Чутьё вело меня, направляя, давая знаки. Я совсем отощал, мой пушистый хвост облез и стал походить на то, что я так терпеть не могу у мышей. Теперь я смотрел на него не с гордостью, а с отвращением.
Шерстка местами свалялась в плотные, грязные колтуны.
Чтобы добраться до дома, мне приходилось драться с местными котами за еду. В драке мне порвали ухо и поранили глаз.
Я знал, что выгляжу очень плохо, но надежда на лучшее гнала и гнала меня вперед.
Люди меня кормили. Наверное, вид мой был настолько страшен и жалок, что вызывал чувство бесконечного сострадания.
Однажды какая-то девочка отдала мне свой пирожок. Оставшуюся половину пирожка с ливером, представляете?!
Я слопал его целиком, почти не разжевывая и не чувствуя вкуса. Но зато плотно набил желудок, и это дало мне возможность идти без остановки почти целые сутки…
Иногда я прятался. Мне попадались стаи собак. А это вам не Байкал. Тот, хоть и сидел на цепи, но никогда не был голодным.
Голодная стая псов зимой – это очень страшно.
Тогда я искал укрытие и пережидал опасность.
Когда я добрался до города, стало легче. Люди меня жалели. Я понял, что самые добрые среди людей – это бабушки и дети. Мужчины делились едой значительно реже. Но однажды один молодой человек отдал мне свою сосиску. Он вытащил из кармана сверток, (наверное, это был его завтрак), оставил себе только хлеб. А сосиску протянул мне.
На вкусный запах прибежал ещё один страждущий уличный кот, но молодой человек стоял рядом со мной, пока я не съел всё до последнего кусочка.
Наконец, я все-таки добрался до знакомого дома, и принялся ждать, когда кто-нибудь откроет дверь подъезда, чтобы прошмыгнуть внутрь. Раньше меня пускали без проблем. Все во дворе знали красавца-Тимошку. А теперь?
Я оглядел себя.
«Душераздирающее зрелище!» - как говорил ослик Иа из мультфильма, который смотрела Вера. Разве можно в таком оборванце узнать красоту и гордость местной округи?
Дверь подъезда открылась, я уже было приготовился бежать, но увидел, что из подъезда вышла…Вера! Это была моя Вера! Моя девочка, моя маленькая хозяйка, мой самый любимый человек! Она уж точно меня узнает! Не может не узнать, даже в таком виде…
Я, собрав воедино оставшиеся силы, через боль в истертых лапах, с громким криком, бросился к ней через весь двор.
Она меня узнала! О счастье! Она меня узнала!
Даже несмотря на облезлый страшный хвост, порванное ухо и заплывший, воспаленный глаз. Я знал, я знал, что люди не бросают своих питомцев!
Я вцепился в маленькую хозяйку всеми когтями сразу. И мы пошли домой.
Как же мне было вкусно! Я ел и ел, а Вера с мамой смотрели на меня, украдкой вытирали слёзы и подкладывали в мои старую, родную миску самые лакомые кусочки.
Потом меня мыли. И я молчал! Только благодарно смотрел на хозяев.