Костя вдруг улыбнулся:
- Будешь пирожок?
Ольга погладила берёзовый ствол.
- А вот и буду!
- Отлично, тогда ты берёшь первой!
Он открыл похудевший кулёк, Ольга сунула руку внутрь, достала пирожок, и не поняла сначала, в чем дело.
К пирожку была приколота брошь. Настоящая брошь – золотая веточка, букет с хрустальными цветами.
- Три белые хризантемы, верно? – Константин взял Ольгу за руку. – Выйдешь за меня?
Женщина смущенно посмотрела на украшение, преподнесенное таким оригинальным способом.
- Костя, ты ведь понимаешь, что я – женщина с прошлым…
Но мужчина её перебил:
- Олечка, я историк. Прошлое – это моя специальность. Так что с твоим прошлым мы как-нибудь справимся.
Ольга не выдержала и рассмеялась:
- Да уж… Моё прошлое сегодня получило на орехи.
- Заслужил. – Коротко бросил мужчина и снова настойчиво посмотрел Ольге в глаза.
- Так что ты ответишь?
- Конечно – да!!!
Ольга зажмурилась и только смеялась, пока Костя целовал её лицо, губы, глаза, волосы…
А старая берёза радостно покачивала веточками, уже почти полностью лишенными листвы, словно аплодируя их любви. Тихой, спокойной и радостной…
____________
*Мельпомена — в греческой мифологии Муза Трагедии, одна из девяти греческих богинь-муз, дочерей Зевса, отождествляющих человеческие искусства и покровительствующих наукам и знаниям.
Глава 62.
К празднованию своего дня рождения Зина в этот раз готовилась основательно.
Они с Ольгой перемыли с пола до потолка всю их небольшую квартирку, перетерли от пыли все поверхности, до которых смогли дотянуться. Дюймовочка, влезла, наконец, в недра шкафов и обнаружила, что у неё целый склад вещей, которые ей вовсе не нужны.
Весь вечер они с Ольгой веселились, разбирая то одну найденную коробку, то другую. В одной из них обнаружилась прямоугольная сумочка, похожая на очень большой кошелёк, модная, наверное, ещё «при царе Горохе». Это была очень изящная вещица, хотя кожа местами потрескалась. Зина назвала её чудным словом «ридикюль».
У сумочки был специальный ремешок с внешней стороны и Зина показала Ольге, как нужно правильно носить такую сумочку: ладонь просовывалась через ремешок, а пальцы подхватывали ридикюль. Сделано было удобно.
Оказалось, что в этом «кошельке» лежит маленький нательный крест, которым Зину крестили ещё во младенчестве.
Потом Ольга наткнулась на коллекцию открыток в отдельной коробке, и они с Зиной, как две старшеклассницы, забравшись с ногами на диван, рассматривали фотографии советских киноартистов, вспоминая сыгранные ими роли в известных фильмах.
- Ой, смотри, смотри, это же Румянцева! – И Дюймовочка показывала Ольге очередную открытку. – Какая же хорошенькая! А помнишь, в «Королеве бензоколонки», какая она была, когда её пчёлы покусали?!
И так целый час. Пока всё не пересмотрели.
Гости предполагались многочисленные: Константин, Светлана с мужем и дочерью, и, безусловно, Яков Григорьевич.
Зина волновалась, как Наташа Ростова накануне первого бала.
Она выгладила своё «парадное» платье, натерла до блеска туфли, и теперь с увлечением накрывала на стол, полируя салфеткой фужеры до зеркального блеска.
Угощение было небогатым, но вкусным: винегрет, картофельное пюре, бутерброды с селёдочным паштетом, который Дюймовочка называла смешным словом «форшмак», холодец, её фирменная наливка на смородине, и вкуснейший пирог с курагой. И бутылка шампанского, которая изначально приберегалась для новогоднего стола.
Гости должны были прийти к трем часам.
Зина осмотрела накрытый и сверкающий хрусталём стол, осталась довольна, но тут с ужасом вспомнила:
- Оля, а хлеб?! Мы же не купили хлеб, в доме – ни кусочка! Мы весь батон на бутерброды извели. К холодцу хлеб нужен!
Ольга окончательно развеселилась, видя круглые глаза подруги:
- Зина, радость моя, что же ты так переживаешь? Я сейчас быстренько сбегаю в «Булочную».
Она шустро накинула легкое пальто, сунула в карман сумку-«авоську» и выскочила за дверь.
Дюймовочка облегченно вздохнула, ещё раз оглядела стол, поправила салфетки и столовые приборы, оглядела себя в зеркале. Хороша! Вот честное слово – хороша! Несмотря на обширные формы. И похудела она за лето. Килограмма четыре точно не досчитаться. Платье – самое наглядное тому доказательство.
Продолжая любоваться на собственное отражение в зеркале, Зина не сразу поняла, что в дверь звонят.
Очнувшись от приятных мыслей об уменьшившейся фигуре, она напоследок радостно улыбнулась отражению и открыла дверь.
И удивилась.
На пороге стоял незнакомый мужчина с густой, довольно седой шевелюрой. В руке он держал букет.