Усадив её вечером рядом, она вытянула из Веры всю историю.
- Мама, можно я в понедельник в школу не пойду? – вдруг спросила Вера.
- Как так – не пойду? – спросила Светлана встревожено.
- А вот так. Просто не пойду. В понедельник снова физкультура. Опять все будут смеяться…
- А ты, что же, теперь так и будешь бегать от обидчиков?
Вера пожала плечами.
- А что мне остается?
Светлана погладила Веру по плечу.
- Для начала – прости их.
Лицо девушки вытянулось.
- Как это – прости? Значит, Оля будет надо мной и дальше издеваться, а я её ещё прощать за это должна?
Светлана покачала головой.
- А ты думаешь, отчего она так себя ведёт?
- Да из вредности! – тут же выпалила Вера. – Характер такой. Противный!
- Да нет. – Светлана снова посмотрела на дочь. – Просто она сама в себе не уверена. И знает, что на самом деле проигрывает тебе.
- Мне?! – Вера искренне удивилась. – Мама, она же «моднявка»!
- Кто?! – Светлана расхохоталась.
- Ну… - Вера замялась. – Это девушка, модная такая. Красавица. Так все считают.
- Считают, потому что другого не видели. – Она покачала головой. – Ольгу твою пожалеть надо. Простить и пожалеть. Неуверенный она в себе человек. Поэтому самоутверждается за чужой счет. А тебе этого не нужно. Мы сделаем по-другому.
Вера удивилась. Но промолчала. Она не разделяла маминого оптимизма, хотя в чем-то была с ней согласна.
Вечером Светлана сняла с неё мерки, а в выходные всё свободное время провела за швейной машинкой. Потом повела дочь в парикмахерскую, откуда Вера вышла с аккуратным «каре».
Утром в понедельник она сама разбудила дочь и выдала ей собственноручно сшитую мини-юбку и черные туфли на маленьком каблуке.
Вера недоуменно оглядела всё это роскошество.
- Ну и зачем мне всё это?
- Как, зачем? Это теперь твоя школьная форма.
Вера удивилась ещё больше.
- Мама! Ты что? Меня в таком виде никто в школу не пустит!
- Пустят тебя в школу, пустят. Я вчера и с директором поговорила, и с завучем. Блузка белая? Белая. Юбка чёрная? Да. Длина – не более, чем на восемь сантиметров выше колена. Такой договор. А туфли имеешь право надеть любые. Одевайся и иди.
Вера недоверчиво покосилась на мать.
- Ну ладно. Как скажешь. Только когда меня обратно домой отправят – виновата будешь ты.
- Буду, буду! – отмахнулась Светлана. – Это ты ещё моду конца 60-ых не видела. Вот где были «мини»! А это что? Так…
К школе Вера подходила с опаской. Оставив одежду в гардеробе, она переобулась в туфли. Чувствовала Вера себя непривычно. Но раз мама сказала, что так надо - значит, надо. Матери она верила.
Когда она вошла в класс, все разговоры смолкли. Одноклассники молча провожали взглядом её фигурку. Юбка сидела идеально, подчеркивая изящность длинных, как у модели из журнала, стройных ног в плотном капроне. В таком наряде высокий рост был выигрышным. Вера не видела себя со стороны, но по одобрительным взглядам одноклассников поняла, что мама была права.
Об этом говорили злые и полные слёз глаза миниатюрной Олечки. Она открыла было рот, чтобы что-нибудь сказать, но тут произошло невообразимое.
Все девчонки толпой кинулись к Вере, наперебой засыпая её вопросами: где она купила такую юбку? Почему её пропустили в школу в «мини»? Разве так одеваться теперь тоже можно? Где она делала прическу?
Мальчишки переглядывались и толкали друг друга локтями.
Вера вдруг пошла прямо к парте, где сидела погрусневшая Олечка, брошенная подружками и завистливо шмыгающая носом.
- У тебя свободно? – Вера положила свою сумку на парту.
Олечка недоверчиво посмотрела на соперницу.
- Свободно. – Наконец кивнула она после недолгого молчания и вдруг улыбнулась.
Вера улыбнулась в ответ.
- Тебе идет улыбка. – Она выложила учебник с тетрадью на стол. – Улыбайся почаще.
Олечка смущенно опустила глаза.
- Ты меня прости. За физкультуру. – Она неловко помолчала. – И за остальное тоже.
- Ладно. Забыли. Лучше скажи – как ты красишь ресницы так, что они у тебя от туши не слипаются? Или это тушь особенная?
Олечка довольно заулыбалась. Остальное свободное время до начала урока они спокойно проболтали.
Возвращаясь из школы, Вера думала о том, что её мама – гений…
***
Однако, когда более менее решились школьные проблемы, начались другие.
Маленькая Надюшка часто болела, много денег уходило на лекарства, которые нужно было как-то «доставать». Просили знакомых, везли из Москвы, покупали втридорога…
А положение становилось всё хуже.