А к Ольге надо зайти, Юра прав.
***
Она собралась к однокласснице на этой же неделе, в первый выходной.
Подумала, что надо бы что-нибудь принести. Но что? Она пошла к матери.
Светлана, подумав, отсыпала из своих запасов сушеной вишни и, вместе с ней, вручила дочери маленькую баночку клубничного варенья.
Уложив подарки, Вера быстро добралась до нужного дома, поднялась по лестнице, игнорируя лифт, с замиранием сердца нажала на дверной звонок.
Тихое треньканье прозвучало где-то в глубине, и вскоре дверь распахнулась. Алевтина Сергеевна, в домашнем халате и тапочках, показалась уже не такой расстроенной, как тогда, когда Вера видела её в школе.
- Я к Оле. Можно? – Вера вопросительно посмотрела на женщину.
Та мялась в дверях нерешительно, а потом вдруг сказала:
- Чего уж там… Всё равно шила в мешке не утаишь. Проходи, раз пришла.
Произнеся эту таинственную фразу, она пропустила девушку в квартиру.
Пока Вера снимала сапожки и осеннее пальто, женщина внимательно наблюдала за ней.
- Я тебя знаю! Родителей твоих - тоже. Ты не болтливая, поэтому и пустила. – Опять заговорила Алевтина Сергеевна загадками. – Ольгу не расстраивай, ей и так непросто. Всем нам не просто…
- Мама, кто там? – послышался голос одноклассницы из комнаты в конце коридора.
- Это я, Вера. – Девушка открыла дверь в комнату и огляделась.
Комната была небольшая, но светлая и вся какая-то чересчур аккуратная. Слева от входа стояла софа, на которой и сидела Ольга, с большим яблоком в руке. У окна - письменный стол, покрытый листом бумаги, плотной, похожей на ватман.
Видно было, что за столом Ольга проводила много времени. Весь лист был изрисован рисунками, узорами, надписями, а на самом уголке виднелись цифры в столбик, значит, лист использовали, как черновик.
Рисунки были интересные.
Нарисованные обычной шариковой ручкой, они были неплохо выполнены. Русалочка, сидящая на камне, женская рука, держащая розу, смешная собачья мордочка…
Надо же. А у Ольги-то талант, оказывается! Столько лет в одном классе учились, а Вера об этом не знала. Да и никто особо не знал.
Напротив софы громоздился старый, полированный сервант, за стеклянными дверцами которого были красиво разложены морские камни, высушенные морские звёзды, огромные раковины и даже маленький, покрытый лаком, краб.
Судя по всему, раньше Оля с родителями не раз отдыхала на море. Может быть, даже каждый год.
Вот бы увидеть море… Хоть раз!
На нижней полке в ряд выстроились учебники.
На столе, кстати, лежал дневник и стопка тетрадей.
Вера выложила на стол свои скромные дары.
- Спасибо. – Ольга положила надкушенное яблоко на край стола и тихо спросила. – Почему мама тебя пустила?
Вера пожала плечами.
- Я сама не поняла. Она сказала, что я – не из болтливых. И пустила.
Ольга понимающе кивнула и встала.
Вера первый раз внимательно взглянула на неё и охнула.
Ей сразу стало всё понятно.
Невозможно было не заметить округлившийся живот. Он был ещё не слишком виден, когда Оля сидела, но теперь, когда она стояла, стало очевидно, что под школьной юбкой и блузкой его уже не спрятать.
Теперь понятно, почему так поспешно «классная» рассказала про её «болезнь», понятны стали постоянные визиты Алевтины Сергеевны к директору.
- Оль, как же так вышло-то? – Ошеломленно спросила Вера одноклассницу. – И что теперь будет?!
- Вера, я не знаю.
Оля посмотрела на девушку и заплакала.
Она вдруг увидела воочию, как поменялась её, Олина, жизнь.
Вера стояла такая хорошенькая со своей аккуратной стрижкой, румяная от первого, пока ещё предзимнего холода. Завтра она снова пойдёт в школу и будет думать, как сдать вовремя реферат по географии, и какие предметы выбрать, кроме обязательных, для выпускных экзаменов.
Потом у неё будет выпускной бал, наверное, она станет студенткой и будет ходить на свидания. Молодые люди станут дарить ей цветы и ждать вечерами у подъезда.
А как же она, Оля?
Когда она родит, ей исполнится всего семнадцать. Вместо выпускного бала её ждут бессонные ночи и забота о ребёнке. Если она сумеет сейчас получить аттестат – это уже чудо. Одноклассницы теперь будут смотреть на неё с жалостью, а парни из класса – с сожалением.
У неё не будет влюбленных парней у подъезда и цветов. Она станет ещё одной матерью-одиночкой. Без образования, без хорошей работы, читая постоянное осуждение в глазах матери…
Что она натворила?!
Оля заплакала ещё горше, а Вера испугалась.
- Олечка, не плачь, пожалуйста, а то я тоже зареву!
Она присела на край софы рядом с девушкой.