Бусы стали вещью-памятью. Зина так называла подобные предметы.
Есть обычные вещи, которые мы используем каждый день и совсем не замечаем их важности в суете дней. Но когда человек покидает этот мир, у близких остается они. Вещи, ставшие памятью.
Они могут быть совсем неприметны и непонятны другим, вернее, другим непонятна их ценность. Это может быть блюдце, статуэтка, монета, старый исписанный блокнот, а может быть, большой мраморный «Медведь и ёж», долгое время служивший пресс-папье дорогому для вас человеку.
Она может ничего и не стоить, эта монолитная тяжеленная мраморная фигурка. Ну, может быть, дадут за неё энное количество рублей. Однако теперь стоит она на полке, и, еженедельно вытирая с неё пыль, вы любовно гладите холодный мрамор, проводите пальцем по замысловатому природному каменному узору, и улыбаетесь, заново вспоминая уже полузабытый голос: «Нравится? А ты возьми её себе. На память!»
Вот теперь и бусы эти, горящий желтым солнышком янтарь, для неё, Зины – память.
Зина аккуратно открыла большую деревянную резную шкатулку.
Где же она? Ага…Вот… Она извлекла из-под остальных немудреных украшений маленькую брошь в виде веточки ландыша с листочком – подарок Якова. Вместо цветов, на серебряном стебле покачивались крошечные жемчужины.
С минуту она любовалась украшением, а потом аккуратно приколола его к воротнику платья. Ну вот, она совсем готова, где же долгожданные гости?
Женщина посмотрела на часы, одновременно раздался звонок в дверь, и Зина инстинктивно вздрогнула от неожиданности.
Открыв дверь, она улыбнулась.
Чрезвычайно довольный Яков держал за руку не менее довольную Наташу, у которой за плечами горкой топорщился туго набитый походный рюкзак.
- Ого! Наталка, ты никак в поход собралась?
Она пропустила их в прихожую.
- Тёть Зин! Так я же с ночевкой! - С порога заявила девочка, стаскивая рюкзак и куртку. – Я подготовилась!
- Оооооо… - Протянула Зина. – Ну, если подготовилась… Мойте руки, и айда ужинать!
- Ой! Как это Вы интересно сказали: «Айда!» Надо запомнить! – Наташа послушно побежала в ванну, безошибочно выбрав нужную дверь.
Яков подмигнул Зине.
- Она очень довольна. Говорит, хоть отдохну от родителей, а то они всё какие-то серьёзные темы обсуждают.
- Взрослеет. Ей же двенадцать?
- Да. На будущий год тринадцать стукнет. Только что-то не растет всё.
- Ничего, Яша, вырастет, какие её годы.
Зина проводила девочку в маленькую комнатку, в которой когда-то жила Ольга, выдала ей комплект чистого постельного белья, и Наташа принялась обустраиваться, разбирая привезённые вещи.
После уютного ужина и чая с яблочным пирогом, девочка сразу же потащила Зину к себе в комнату, махнув рукой на деда, внимательно смотревшего новостную программу «Время».
Устроившись на софе, они принялись болтать.
Зина узнала про выигранный шахматный турнир, классные дела, про записки о признаниях в любви, которые получила Маринка – самая красивая девочка из класса, про разбитое стекло в шкафу в кабинете биологии. И ещё самый страшный Наташкин секрет, о котором никто, совсем никто не знает – она давно влюблена в отличника Петю, который не просто отличник, а ещё занимается «дзю-до», поэтому он самый сильный в классе.
Только в её сторону он почему-то не смотрит.
При этом признании Наташа вздохнула и посмотрела на Зину.
- Как думаете, теть Зин, я красивая? Вот только честно?
Зина задумалась.
- Хорошо, давай честно. Я думаю, что ты - симпатичная. Знаешь, настоящих красавиц на самом деле единицы. И далеко не всегда все они счастливые.
Наташа кивнула.
- Это я знаю. Вот тётя Лера – очень красивая! Но несчастная.
- Почему ты так думаешь? – Зина внимательно присмотрелась к девочке.
- Это видно. У счастливых людей лица другие. Они светятся. Вот, например, дед. Раньше он был обычный человек. А когда первый раз пришел домой, когда вы с ним на колесе обозрения катались – он совсем изменился. У него даже глаза светились! Честное слово!
Зина вспомнила свою первую встречу с Яковом в парке и покраснела.
- А что… - Осторожно спросила она. – Дед тебе и про колесо рассказал?