- Это государственный переворот, Оля. Нам остается только ждать новостей. Сейчас я рад, что мы живём в провинции, в Москве сейчас опасно. В каждый момент может начаться взрыв.
- Но, Костя, я не понимаю… - Ольга присела на диван рядом с мужем. – Ведь большинство людей поддерживают сохранение Союза. Как же можно обойти мнение народа целой страны?
Мужчина невесело усмехнулся.
- А это, солнце моё, большая политика. А ещё такое сладкое слово – «власть». Власть непременно означает колоссальные деньги. Такие деньги и такие возможности, которые мы с тобой даже не можем себе представить. Поэтому ради власти и денег люди идут на многое. Даже если это предательство страны и целого народа.
- Ты думаешь, им удастся? Этому самому ГКЧП? Им удастся сохранить СССР?
Костя вскочил и нервно забегал по комнате.
- Оля, я не знаю. Если хватит решительности, если «кишка не тонка», то удастся. Но силы, которые стоят за их противниками – это не просто борьба за власть. Это противостояние двух миров – Запада и Союза. Не все это понимают.
Он снова сел, хотя видно было, что состояние у него беспокойное.
- Понимаешь, сейчас страна доведена до предела. Народ готов на бунт, люди голодны и озлоблены. И если им пообещать небо в алмазах, они поверят тому, кто обещал.
Только алмазов не будет, понимаешь?
- Что же делать?
- А что ты сделаешь? Один в поле не воин, если это касается таких масштабов. Это как Ленин говорил – нужна партия. То, что происходит, это последняя попытка «подлатать» систему. Мы сейчас, как в театре – смотрим с галёрки на происходящее на сцене. Но на сцену, чтобы поучаствовать в спектакле, нас тобой никто не пустит.
Костя продолжил задумчиво, словно про себя:
- Горбачёв и Ельцин – это люди одной стороны. Если Янаеву не удастся сейчас взять власть, то страна развалится окончательно.
Оля потрясенно присела на диван.
Она, как и многие простые люди, практически ничего не понимала в этих хитросплетениях власти. Но раньше всё казалось простым и понятным: есть партия, которая мудро и правильно руководит жизнью страны. И практически каждый – член этой партии.
Потому что ещё в детском саду говорили – «станешь октябрёнком». А в школе – «станешь пионером». Потом, соответственно, комсомольцем. Можешь вступать в партию, или не вступать, но всё равно – ты маленький винтик в этой огромной общей машине.
А что теперь?
Не будет этой машины и кому тогда нужны они, простые люди, огромное количество обычных людей, переставших быть «винтиками»?
Она спросила об этом у мужа.
- Олечка, люди нужны всегда. Другой вопрос, как к людям относятся. В СССР ко всем относились с точки зрения «нужных винтиков». В человеке всегда видели человека. Но это социалистическая система ценностей. При капитализме люди – это только ресурс. Нужный ресурс, но всего лишь ресурс. Незаменимых нет.
Отчего-то Ольге стало страшно.
Наконец появилась знакомая «заставка» с часами информационного канала «Время».
Знакомый диктор сразу же после привычных слов: «Здравствуйте, товарищи!» прочел:
- В связи с невозможностью по состоянию здоровья исполнения Горбачёвым Михаилом Сергеевичем, обязанностей Президента СССР и переходом в соответствии со статьёй 127/7 Конституции СССР, полномочий Президента Союза ССР к вице-президенту СССР Янаеву Геннадию Ивановичу.
Женщина-диктор продолжила:
- Заявление советского руководства. В целях преодоления глубокого и всестороннего кризиса, политической, межнациональной и гражданской конфронтации, хаоса и анархии, которые угрожают жизни и безопасности граждан Советского Союза, суверенитету, территориальной целостности, свободе и независимости нашего Отечества.
Исходя из результатов всенародного референдума, о сохранении Союза Советских Социалистических Республик, руководствуясь жизненно важными интересами народов нашей Родины, всех советских людей. Заявляем…
Далее следовало перечисление пунктов заявления, которые Ольга прослушала невнимательно. Она только следила с беспокойством за лицом мужа, на виске которого билась в такт ударам сердца, ритмично пульсируя, маленькая синяя жилка.
***
Уже через пару дней всем было понятно, что переворот не удался…
Ольга всё так же следила за событиями вместе с мужем, который всё мрачнел и мрачнел.
22 августа 1991 года члены Верховного Совета РСФСР на утреннем заседании приняли постановление о национальном флаге РСФСР: «триколор» был возвращен, как символ свержения советского строя.