На площадке ходила по «бревну» маленькая девочка, лет семи. Смешное цветастое платье, босые ноги, сандалеты, небрежно брошенные в пыль – девочка явно была на площадке частой гостьей. Вот она подпрыгнула, ловко приземлилась, прошлась по узкой деревянной «тропинке» ровно, слегка балансируя, потом спрыгнула.
Подтянувшись на руках, аккуратно попробовала усесться на снаряде на «поперечный шпагат». Покачнулась, не удержав равновесия, взмахнула тоненькими руками…
- Ты делаешь это неправильно. – Наташин голос звучал от перенесённого испуга немного хрипло. – Поэтому падаешь. Такие вещи нужно делать в спортивном зале, где пол под бревном покрыт матами. Разве не знаешь?
Девочка удивлённо посмотрела на незнакомую тётеньку, внезапно схватившую её за платье и не давшую свалиться с «бревна».
Наташа и сама не поняла, как это произошло, реакция сработала мгновенно. Она в какие-то доли секунды оказалась на площадке и успела схватить маленькую «гимнастку» за платье, расцвеченное ромашками.
- Спасибо! – девочка, ничуть не смущаясь, принялась откровенно её рассматривать.
– А Вы кто?
- Просто проходила мимо. – Наташа отряхнула новой знакомой платьице. – Если тебе так нравится гимнастика, почему не занимаешься в зале, со всеми? Не хватило места в группе? Тебя как зовут? И почему ты тут одна, родители твои где?
- Я Маришка! – непоседа ничуть не удивилась вопросам. – Живу в соседнем доме. А заниматься невозможно. У нас в спортшколе всё только для мальчишек. А для девочек в этом году только танцы.
Она смешно скривила личико, всей своей миниатюрной фигуркой показывая, что танцы
– это точно не для неё.
- У нас тренера нет, который для девочек, - пояснила она. – Григорий Витальевич ищет, ищет, а не находится никто!
Девочка развела руками и снова полезла на бревно.
- Стой! – Громкий и строгий окрик мгновенно остановил Маришку.
Она вопросительно посмотрела на Наташу.
- Я тренер. И я запрещаю тебе впредь одной, без присмотра, скакать на снаряде.
Это может плохо закончится.
- Вы?! Вы тренер? Честно – пречестно?! Не врёте? – Маришка распахнула карие глаза, ставшие похожими на блюдца с чаем.
- Не вру. Приходи в будущий понедельник с родителями. Время будет указано в объявлении, смотри на двери школы.
- А Вы меня точно возьмёте? – девочка недоверчиво шмыгнула носом, - а то Лариса Анатольевна сказала, что спортивные танцы будут, а в результате так ничего и нет... Представляете?
- Представляю. – Наташа улыбнулась, - ну что, придёшь?
- Приду! – Маришка запрыгала, - я обязательно приду с мамой. Она так рада будет! Она говорит, что у меня слишком много энергии, и её срочно необходимо куда-нибудь в нужное русло деть. А что такое «русло»?
- Так, довольно. Обо всем поговорим позже. Теперь беги домой.
Маришка, шустро напялив сандалии, помахала Наташе рукой и понеслась к ближайшей «трёхэтажке».
Наташа смотрела ей вслед и понимала, что она, наконец-то, оживает. Жизнь не закончилась. А спортивная карьера… Ну что же… Не всем в этом мире дано быть Ольгами Корбут.*
Тогда она решительно взялась за ручку двери школы, ни разу впоследствии не пожалев.
Во-первых, Григорий Витальевич, бывший боксёр, а теперь руководитель школы, оказался милейшим человеком. Каким-то невероятным образом он добыл запрошенный новым тренером необходимый спортивный инвентарь, выделил для её занятий самое удобное время, словом, всячески помогал.
Во-вторых, Наташа познакомилась в «ДЮСШ» с Сергеем, который стал впоследствии её мужем.
После замужества жизнь принялась катиться по накатанной колее.
Больше Наташа никогда не жалела, что ушла из спорта, что променяла большой и шумный город на маленький и тихий областной городок.
Она полюбила его, полюбила своих девчонок, которых тренировала в старом зале с деревянным полом, обожала Сергея и теперь, пожалуй, переживала только из-за того, что с детьми всё у них как-то не получалось.
Вот этим своим жизнелюбием, умением весело шутить и смеяться, силой воли, характером - Наташа очень импонировала Соне.
С недавних пор у них появилась ещё одна тема для разговора: Павлик.
Наташа с Сергеем считали, что шесть лет – вполне подходящий возраст для начала спортивных занятий. Семён был с ними согласен, а Соня всё сомневалась и сомневалась.
- Сонечка, - говорила ей Наташа в последнюю встречу, - меня родители отдали в гимнастику в пять! И если бы не травма…