Соня назвала сумму.
- Хорошо, я оставлю больше, посмотри, может Павлику что-то удастся купить к Новому году, на «толкучке».
- Да, я и сама собиралась поискать.
***
Утром, проводив Семёна, Соня собралась на рынок.
Весёлый Павлик, наряженный в теплое пальтишко с лопаткой для снега в руках, довольно топал рядом.
Оставив сына с Наташей во дворе её дома, разгребающими снег, Соня побежала на остановку. Ей повезло – автобус подошел почти сразу.
Выйдя из теплого салона, она сразу попала в плотный поток людей, направляющихся к местному рынку, рядом с которым и организовалась так называемая «толкучка», на которую местные власти давно махнули рукой.
Зарплаты задерживались, многие жили, продавая то, что можно было продать. Всё шло к тому, что торговлю разрешат официально. Поэтому на «толкучку» давно смотрели «сквозь пальцы».
Но Соне нужно было именно на рынок.
Для начала она прошла по «мясному» ряду. Всё было очень дорого. Хотя купить можно было и свинину, и говядину, и птицу. Многие жили в городке своим хозяйством.
Народа было много. Немудрено – впереди новогодние праздники. Люди приносили на рынок последние деньги, чтобы организовать «стол».
У одного из прилавка с фруктами Соня замешкалась. Нужны были яблоки, и очень хотелось купить мандаринов. Покупателей было много, в основном – женщины.
Соня выбрала четыре яблока, расплатилась, сунула кошелёк в сумку, достала «авоську», перекинув сумку на другое плечо.
Тут её кто-то слегка толкнул.
Она обернулась.
Молодой человек, слегка оттесняя её от прилавка, без очереди протягивал продавцу деньги. Очередь недовольно зашумела.
- Вот ведь! И не стыдно лезть-то! – начала тут же атаку одна из женщин, стоявших позади Сони.
- Действительно, молодой человек, что за манера игнорировать остальных?- поддержал женщину мужчина в тростью.
Парень улыбнулся.
- Да я только спросить, граждане, только спросить!
Он тут же спрятал вынутые деньги в карман, и отошел от прилавка, протиснувшись сквозь вновь подошедших покупателей и снова толкнув Соню.
Вот грубиян!
Слегка задетая этим эпизодом, Соня скоро позабыла о нём, снова направившись в «мясной» ряд.
Отыскав, наконец, прилавок с птицей, она нацелилась на особо привлекательную утиную тушку. Дорого, конечно… Но в Сосновку ехать из-за одной утки не хотелось. Да и зимой они старались бывать в селе реже, опасаясь сложностей зимней дороги.
Отстояв очередь, Соня показала рукой на понравившуюся ей тушку.
Продавец водрузила её на весы. Стрелка замерла в районе трех килограмм.
Довольная Соня полезла за кошельком. Очередь ахнула.
Соня в недоумении посмотрела на собственную руку, торчавшую сквозь кожаную дыру, непонятно откуда взявшуюся.
Разрез был длинный, ровный, шедший почти по всей длине сумки, с боковой стороны.
Кошелька, разумеется, на месте не было.
Соня, всё ещё не понимая, что произошло, принялась шарить в другом отделении, вдруг она положила кошелек туда?
Люди из очереди смотрели с сочувствием, но молчали.
Продавец с сожалением плюхнула выбранную Соней утиную тушку обратно на прилавок.
- Не ищите… Ясно же, украли у Вас кошелек. Сожалею.
И она повернулась к следующей покупательнице.
Как же так? Ведь сумка всегда была у неё на плече? Соня за ней специально следила.
Вдруг она вспомнила парня у фруктового прилавка. Его взгляд. Внимательный, острый и – шарящий по толпе…
Значит, это он… Поэтому он её и толкнул. Она рассердилась на него тогда, из-за того не заметила, как ловко он полоснул лезвием по мягкой коже, вытащил кошелёк. Да и ушёл он слишком поспешно, почти убежал.
Слёзы брызнули из глаз непроизвольно.
Нет, не последнее вытащили. Дома были деньги. Но обида была настолько острой и жгучей, что Соня плакала, роняя на воротник пальто крупные слёзы, никак не могла успокоиться. Возвращаться пришлось пешком, ведь денег на автобус тоже не было.
Хорошо, что ключи лежали в кармашке сумки, до него вор не добрался.
Отправив купленные яблоки в холодильник, кое-как умывшись, Соня позвонила Наташе с просьбой оставить у себя Павлика ещё на пару часов.
И снова расплакалась.
Жаль было сумку, денег было жаль. Но больше всего мучила досада и чувство несправедливости.
Семён, вернувшись домой, обнаружил зарёванную Соню, пытающуюся кое-как заклеить испорченную сумку.
Узнав о случившемся, он вздохнул и обнял жену.
- Соня, дорогая, не плачь. Завтра съездим на рынок вместе, купим все, что нужно. Заказчик мне заплатил сразу, авансом. Так что будет у тебя утка.