Она аккуратно надорвала правую сторону конверта.
Небольшая бумажная полоса неровно оторванной лентой легла на стол.
Валерия достала обычные листы в клетку, убористо исписанные округлым, не совсем разборчивым почерком.
«Здравствуй, моя королева…»
Приветствие ужалило её, словно неловко прижатая пчела.
Листки выпали из рук… Но ведь она сама разрешила ему ей писать. Почему же так испугалась? Эта история – теперь дело прошлое.
Валерия отложила письмо.
Нервно походила по комнате, чувствуя, как ломит виски то ли от боли, то ли от чего-то иного, некоего болезненного ощущения прошлой, ещё не полностью залеченной обиды.
В конце концов, немного успокоившись, она вновь села за письменный стол и принялась читать…
***
Недовольство попутчиком у Дмитрия прошло быстро.
- Куда едете, если не секрет?
Голос Владимира, густой, ровный, был приятен.
- Далеко еду. На Север.
- Ух ты! Действительно, далеко… - Владимир улыбнулся. – А я поближе. Как Вам, на Севере, живётся? Не тяжело?
- Так я пока там и не жил. Только собираюсь. – Дмитрий прикусил губу.
- Ого! Получается, переезжаете?
- Можно и так сказать. Хочу жизнь начать с чистого листа, как говорится.
Владимир вдруг заинтересованно на него посмотрел.
- С чистого листа? После таких слов хочется спросить, как баба-Яга из сказки: «Ты, соколик, дело пытаешь, аль от дела лытаешь?»
Он вдруг так здорово изобразил известный персонаж детских фильмов в исполнении великого Георгия Милляра**, что Дмитрий невольно рассмеялся, ловя себя на мысли, что случайный попутчик ему неожиданно нравится.
- Пожалуй, что «от дела лытаю».
Дмитрий невесело усмехнулся.
- Вот те раз. Неужели ничего нельзя исправить?
Этот вопрос застал Дмитрия врасплох.
Он не раз думал над этим – можно ли всё исправить? Простит ли когда-нибудь его Лера? Он уже не раз размышлял над тем, захочет ли она его снова видеть… Скорее всего, нет. Но хотя бы простит?!
Он немного помолчал, размышляя, стоит ли отвечать незнакомому человеку. Однако, ответил:
- Понимаете Владимир, люблю я одну женщину. Хорошую очень женщину. Она ради меня на всё была готова. А я её обманул. Даже не обманул – предал. Вот и еду я теперь куда глаза глядят…
Владимир понимающе кивнул.
- Понимаю. Знаете, как в народе говорят? Жизнь прожить – не поле перейти. И не такое люди, бывает, совершали, а на путь честный возвращались. Тут главное – как совесть решит.
- Совесть? – Дмитрий горько усмехнулся. – Что такое эта «совесть»?
В купе постучали. Дверь отворилась.
- Ну что, граждане пассажиры, готовы к чаю?
Проводница, ловко балансируя, держала в руках по подстаканнику.
- Чай не пил – откуда сила?
Воскликнула она шутливо и поставила стаканы на столик.
– Приятного чаепития!
- Спасибо! Сердечно благодарим! – ответил сразу за двоих Владимир.
Когда дверь за проводницей закрылась, он с удовольствием разместился за столиком напротив Дмитрия
- Не возражаете?
- Нет, конечно. У меня на два места всё равно «седалища не хватит».
Попутчик рассмеялся тихим, но густым, басовитым смехом.
- Вот Вы спросили: что такое «совесть»? Позвольте задать вопрос, Вы человек верующий?
Дмитрий неожиданно задумался. Глотнул чая, с удовольствием погонял его во рту, чувствуя на языке приятную, сладковатую от не до конца размешанного сахара, терпкость.
- Пожалуй, нет. Не задумывался я раньше над такими вопросами. Но то, что в последний раз со мной произошло, заставляет думать. Хочешь – не хочешь.
Сосед по купе внимательно слушал. Немного помолчав, сказал осторожно:
- Понимаете, верующие люди говорят, что совесть – это и есть «глас Божий». Бог с нами, людьми, через эту самую совесть разговаривает.
Дмитрий вздохнул.
- Может, так и есть. Только я теперь из-за этого «гласа» убегаю от прежней жизни.
- А что именно произошло? – Владимир откинулся на подложенную под спину подушку.
– Ни в коем случае не настаиваю, чтобы Вы что-то рассказывали. Мы с Вами случайные попутчики. Как встретились, так и разойдёмся.
- Да, я , пожалуй, и расскажу…
Незаметно для себя, Дмитрий разговорился.
Владимир внимательно слушал, кивал, задавал вопросы…
Человеку иногда очень нужно, чтобы его выслушали. Кому ещё пожаловаться на жизнь, как не случайному человеку? Владимир прав – сегодня встретились, уже утром они разбегутся и тут же забудут друг о друге.