- Ну вот и хорошо. Вам повеселее будет.
Лидия Николаевна покачала головой.
- Ой, уж не знаю, не знаю… По Алёшеньке мы очень соскучились, а вот Любаша… Сложный она человек.
- Лидия Николаевна, но ведь сын сам себе такую жену выбрал.
- Да я понимаю, Лерочка. Я хорошо отношусь к Любаше. Но всё-таки мне неспокойно как-то.
Лера погладила Лидию Николаевну по плечу.
- Всё будет хорошо. Главное – настраивать себя на положительные эмоции, правда ведь?
- Конечно, Лерочка, конечно…
***
Звонок телефона раздался резкой, переливчатой трелью.
Светлана возилась у плиты и посмотрела на телефонный аппарат с некоторой досадой.
Она как раз запекала в духовке картошку.
На кухню быстрым шагом вошёл Виктор, с удовольствием втянул вкусный запах, протянул руку к телефону, стоявшему на подоконнике.
Жена благодарно ему улыбнулась.
Как-то сразу было решено поставить телефонный аппарат на кухне.
Коридор их квартиры был небольшим и длинным, входная дверь располагалась почти напротив двери в комнату родителей. Если поставить аппарат на стол-книжку, служивший тумбочкой или прикрепить к стене – разговаривать всё равно будет неудобно. Присесть было некуда, тот, кто разговаривает, непременно мешал бы остальным.
На кухне же можно было говорить, вернее, «болтать», с комфортом: присев у стола на мягкий табурет, даже под чашку чая, что нередко практиковала Светлана, да и Вера.
Светлана, как правило, общалась с Зиной или Ольгой, близких подруг у неё не было, только приятельницы, знакомые по работе. С семьёй Зины они сдружились крепко, поэтому и телефонные разговоры были частенько. Дойти друг до друга не позволяло расстояние, всё-таки семьи жили на разных концах города, собираясь вместе только по праздникам.
Вера по телефону говорила с подружками, иногда болтая, «о своём, о девичьем», по целому часу. Родители не мешали. Разговоры девчонки устраивали по вечерам, и
Вера, прикрывая дверь на кухню, никому не мешала.
- Алло, слушаю! – сказал Виктор в трубку.
Услышав ответ, немного нахмурился, но тут же позвал дочь.
- Верочка, это тебя!
Девушка подошла к аппарату, уже подозревая о том, кто звонит.
- Алло?
Родители напряглись. Сложившаяся ситуация с ухаживаниями Игоря им не нравилась. По совету друзей они не вмешивались, посчитав, что дочь должна сама решить, нужен ли ей этот человек, или нет. Но сейчас волнение было написано на лицах обоих.
Вера же, повернувшись к ним спиной, продолжала говорить в трубку:
- Да, я сегодня свободна. Когда? Нет, давай в шесть часов, я не хочу возвращаться домой очень поздно, мама будет волноваться. У фонтана? Хорошо, я постараюсь приехать вовремя.
Она положила трубку и лучезарно улыбнулась родителям, быстро прошла по коридору в сторону своей комнаты.
Светлана с Виктором переглянулись.
- Ну и что? Что будем делать? – Виктор, всё ещё хмурясь, покачал головой.
- Витя, что ты сделаешь? Ну вот подумай, что мы можем сделать? Запереть её в четырёх стенах? Ты же сам понимаешь, что это не выход. И потом, мне кажется, что после произошедшего, их отношения с Игорем стали, как бы это сказать, более прохладными.
- Ты думаешь?
Мужчина по-прежнему хмурился, на лбу, на переносице, пролегли глубокие морщинки.
- Думаешь, что Игорь всё-таки любит нашу дочь?
Светлана покачала головой.
- Не знаю. Честно – не знаю. Трудно судить по тому, что я видела. Он очень хочет нам понравиться, это заметно. Даже после того, как вскрылась правда про историю с Ольгой, он не прекратил попыток наладить с нами отношения, как-то оправдать себя. И с Верой продолжает встречаться. Но беспокойство меня не покидает.
- Ты бы поговорила с ней, Света.
- Да, Витя, нужно поговорить. Последи за картошкой, хорошо?
Виктор кивнул.
Светлана встала, направившись в комнату дочерей.
Надюшки дома не было, она опять пропадала у подружек.
Вера вертелась перед зеркалом, шкаф был открыт, на дверцу были нацеплены деревянные плечики с разноцветными блузками.
- Мама, как думаешь, эту или вот эту, от костюма?
Вера повернула к матери улыбающееся лицо.
Светлана невольно улыбнулась.
Эх, молодость… Когда-то она точно так же смотрела в зеркало, переживая, заметит ли Виктор, что платье в котором она пришла на свидание, перелицовано, талия надставлена, а оборка пришита специально, чтобы увеличить длину…
Конечно, сейчас у дочери нет таких проблем. На рынке теперь можно было свободно купить нарядные вещи, в основном, польские, появились кооперативы, занимающиеся пошивом модной одежды, были бы деньги, как говорится.
Да, это был так называемый «ширпотреб», но уж лучше он, чем платье, перелицованное несколько раз.