Он уселся на диван, демонстративно взял в руки журнал. Побелевшее от волнения лицо выдавало бурю эмоций, что бушевала сейчас в душе, но внешне Алексей был спокоен.
Многолетняя операционная практика приучила: «Все эмоции – потом. Сначала – жизнь пациента». Так всегда говорил его учитель, обучая молодого ординатора азам хирургической практики.
Люба хмыкнула, высоко подняла голову и вышла из комнаты, хлопнув дверью.
Какое-то время из кухни раздавались звуки гремящей посуды, открывающаяся то и дело дверца холодильника, шум льющейся воды. Потом шаги в коридоре доложили, что Люба ушла в спальню, в доме всё стихло.
Несмотря на только что пережитое волнение, Алексей быстро уснул. Снился ему почему-то огромный крокодил, от которого он пытался убежать. Рептилия страшно чавкала, открывая огромные челюсти и показывая длиннющие зубы.
Разбудил его запах свежезаваренного кофе.
Открыв глаза, он увидел на журнальном столике поднос - с чашкой кофе, банкой джема и яичницей, щедро присыпанной зеленым луком.
Рядом на стуле сидела Люба.
- Прости меня, – она погладила его по руке, - я не знаю, что вчера на меня нашло. Признаю, что была не права, когда не сказала тебе про таблетки.
- Люба, ты не просто не сказала. Ты меня откровенно обманывала.
Он потёр лицо, чувствуя, что совсем не выспался.
- Лёша, я просто не знала, как ты к этому отнесёшься. Не хочу я детей. Ни сейчас не хочу, ни потом.
Алексей с мрачным видом взял у жены вилку.
- Люба, я тебя люблю. Но я не представляю себе семьи без ребёнка. Я тоже был не прав, нужно было всё выяснить до свадьбы, а не доводить дело до той ситуации, что
у нас сейчас. Однако, давай честно… Нам, наверное, лучше будет расстаться.
Люба удивилась.
- Почему? Лёша, но ведь нам хорошо вместе?
Алексей повертел вилку с нанизанным на неё кусочком яичницы. Есть не хотелось, но и обижать жену тоже.
- Спасибо, очень вкусно. Потому что я уже сказал тебе, Люба, я не представляю себе семьи без детей. Если бы у тебя были причины медицинского характера, чтобы не рожать, я бы понял и смирился. Но вот так… Я так не хочу. Поэтому каждый из нас имеет право на такую жизнь, какую он для себя выбирает. Я даю тебе полную свободу, можешь подавать на развод.
- Подожди, ты готов, вот прямо так просто, отказаться от меня?
- Люба, но ты ведь можешь от меня отказаться? Ты говоришь о любви, а сама за моей спиной обманываешь меня в таком деле, в котором обманывать просто нельзя.
Люба пересела со стула на диван, села рядом с ним. Вид у неё был слегка растерянный.
- Лёша, давай не будем горячиться, хорошо? Я не хочу развода, мне хорошо с тобой. Если ты так хочешь ребёнка, ну ладно… Рожу я тебе ребёнка. Только давай договоримся сразу – забота о нём будет лежать на тебе. С таким раскладом ты согласен?
Люба спрятала глаза, уверенная, что муж откажется или будет спорить. Однако Алексей просто спокойно кивнул, доедая яичницу.
- Согласен.
- Ты серьёзно сейчас? – Люба недоверчиво посмотрела на него. – Ты что, действительно готов стирать пелёнки и не спать ночами? Ты хоть знаешь, сколько стоит сейчас детское питание?! Да ты просто не представляешь, что это такое!
- Люба, мне с тобой к нотариусу сходить, чтобы моё обещание на бумаге зафиксировали? Или всё-таки моего слова тебе будет достаточно? Большое спасибо за завтрак.
- Слова достаточно. За три года у меня была возможность в этом убедиться. – Люба встала, взяла поднос с посудой, намереваясь унести его. – Но имей в виду, ты сказал это сам, я тебя за язык не тянула. Я тебя предупреждала!
После этого разговора прошёл ещё год, в течение которого время от времени происходили ссоры. Алексей, посетив врача, настаивал, чтобы Люба снова прошла медицинское обследование, поскольку беременность так и не наступала, а она всячески увиливала от процедуры.
Теперь дело дошло до реального развода.
Они поскандалили не на шутку почти перед самым отъездом. В пылу ссоры наговорили друг другу много неприятных вещей…
Но, в конце концов, Люба снова извинилась, снова уверила его, что всё будет хорошо, сказала, что пойдёт в поликлинику сразу же, как только они вернутся от родителей.
Алексей снова поверил. Правда, уточнил, что к врачу на этот раз они пойдут вместе…
Дверь в кухню скрипнула.
- Сын, ты чего не спишь? Уже поздно? – Лидия Николаевна подошла к нему, погладила по голове, как в детстве.
- Да так, мама… Думу думаю. – Алексей улыбнулся матери.