***
- Маша, я хочу поговорить, можно?
Девочка кивнула. Директор напряглась, не сводя с них внимательных, придирчивых глаз, готовая в любую минуту кинуться на помощь.
- Меня зовут Любовь Сергеевна, я твоя тётя. Ты знала, что у тебя есть тётя? Светлана Петровна говорила с тобой? Она должна была сказать, что на самом деле я - не просто гость.
Маша сначала отрицательно покачала головой, а потом опять кивнула.
Люба не совсем поняла, что означает такое противоречие, но потом решила, что девочка ответила отрицательно на первый вопрос, и утвердительно - на второй, поскольку директор с ней уже говорила.
- Маша, девочка, послушай, я могу забрать тебя отсюда.
Глаза ребёнка на секунду блеснули, она недоверчиво посмотрела на Любу и ещё теснее прижала к себе куклу.
- Нет, я не обманываю, это правда. Поскольку я твоя родственница, ты можешь жить у нас дома: у меня и дяди Алексея. Но нужно, чтобы ты была согласна уехать вместе с нами. Понимаешь? Если ты решишь остаться здесь, мы не будем настаивать, просто станем навещать тебя.
Девочка внимательно смотрела на неё, ловя каждое слово.
- Я не смогу заменить тебе маму. Никогда-никогда. – Голос Любы стал совсем тихим.
В глазах ребёнка заблестели слёзы. – Но я могу постараться сделать так, чтобы ты не чувствовала себя совсем одинокой, понимаешь? Я знаю, как это – когда ты остаёшься совсем одна. Ты можешь не давать ответа прямо сейчас, просто подумай над тем, что я сказала. У тебя будет отдельная комната, только твоя. Ты сможешь снова ходить в детский сад. Я знаю, что ты любишь рисовать, мы можем помочь тебе, будешь учиться в художественной школе. Подумай. Хорошо?
Маша опустила голову. Она уже не смотрела на Любу, по-прежнему крепко вцепившись в куклу.
Люба мысленно выдохнула. Ну, вот и всё.
Этот несчастный ребёнок больше никому не верит.
Мама покинула её, отец, скорее всего, не любил, как и дядя. А тут вдруг явилась она, Люба… Ну и что, что она её родная тётя? Родной дядя, к примеру, повёл себя не лучшим образом.
Кто она такая? Для Маши она – просто чужой человек.
Она поняла, что сейчас заплачет. Нельзя было показывать девочке своих слёз, никак нельзя.
Люба встала и, прямая, как палка, ровным шагом направилась к выходу, кивнув Алексею, что визит на сегодня закончен.
Он понимающе кивнул, слегка обнял жену.
Когда он приоткрыл дверь, уже собираясь шагнуть в коридор, их догнал оглушающий детский крик:
- Я с тобой… Я пойду с тобой!
Лицо Светланы Петровны вытянулось, дети дружно замолчали, в комнате неожиданно повисла тишина.
Маша, стиснув куклу правой рукой, бежала к Любе...
Та, словно в замедленной съемке видела, как развеваются волосы племянницы, почти физически ощущала, как дрожит и срывается вновь обретённый голос.
Вот она упала, споткнувшись о кем-то брошенную игрушку, расцарапав коленку, кукла тоже упала, но девочка, упрямо поднявшись, сгребла её в охапку, и побежала дальше, боясь, что дверь сейчас закроется, она не успеет.
Вдруг она не успеет?!
Она добежала до Любы, схватила её руку свободной ладошкой. Подняла на неё огромные, полные слёз глаза.
- Я с тобой! – прошептала она едва слышно. – Можно, я с тобой?! Сейчас?!
Нервы Любы не выдержали. Она упала на колени, обняла племянницу и залилась слезами облегчения.
- Конечно, можно, - шептала она на ухо девочке, вытирая холодными пальцами слезы на теплых детских щеках. – Обязательно можно!
Светлана Петровна, улыбаясь, как чеширский кот, аккуратно подталкивая поднявшуюся с колен Любу в спину, вывела всех троих в коридор, плотно закрыв за собой дверь.
- Вот и ладненько! Пойдёмте, подготовим оставшиеся документы. Маша, соберёшь пока свои вещи?
Девочка испуганно прижалась к Любе, как будто опасаясь, что её сейчас насильно от неё оторвут.
На помощь пришёл Алексей:
- Маша, можно я пойду с тобой? Тётя Люба со Светланой Петровной заполнят бумаги, а я помогу тебе собраться. Идёт?
Девочка настороженно посмотрела на Любу.
Та улыбнулась ей ободряюще.
- Дядя Алексей – мой муж, он ни за что не уйдет отсюда без меня. Ты мне веришь?
Маша осторожно разжала ладонь, отпуская руку тёти, но так же быстро схватила протянутую руку Алексея.
- Домой? – шепот был очень тихий.
- Домой! – твёрдо подтвердил Алексей. – Мы поедем домой.
***
Валерия открыла дверь своим ключом и едва не упала, пытаясь удержать в вытянутой руке мокрый зонтик, с которого на пол всё-таки успела шлёпнуться некрасивая, снежно-мокрая клякса.